[ Литературные клубы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Plotnick  
Форум » Реальный мир » Социальная тема » Продолжение Истории второй советско-финской войны, гл.16. (Бои в июле 1941 на Петрозаводском направл.)
Продолжение Истории второй советско-финской войны, гл.16.
studenhДата: Вторник, 03.03.2020, 20:18:23 | Сообщение # 1
Буква
Группа: Новые участники
Сообщений: 8
Статус: Offline
Глава 16. Операции 7-й армии на Онежско-Ладожском перешейке (Петрозаводск-Сортавала) в июле-августе 1941 г.

Помимо 54сд в 7 армию входили 71-я и 168 стрелковые дивизии. Вот они, также как и 337сп приняли на себя удар троекратно превосходящих сил противника (особенно 168сд). 71сд прикрывала, в основном, Петрозаводское направление, а 168сд – Сортавальское (порт на северо-западном побережье Ладоги. Против каждой из дивизий РККА финское командование сумело направить по армейскому корпусу из двух пехотных дивизий с частями усиление и сильными резервами. На Петрозаводск наступал VIак с приданными кавалерийской и двумя егерскими бригадами так называемой группы «Ойнонен» (по имени командующего). На Сортавалу – VIIак, имеющий в резерве целых две дивизии – немецкую 163пд и финскую 1пд.
Основное наступление на этих направлениях финны начали 10 июля и к этому времени ни командование 7 армии, ни командование фронта не смогли выделить дополнительных частей и средств усиления из-за катастрофического развития событий на основном, Ленинградском направлении, где после фактического разгрома Северо-Западного фронта надо было немедленно создавать оборонительный рубеж по р. Луга. Видимо, Ставка до поры до времени не считала северное направление сколь либо серьезно угрожающим Ленинграду. Судя по расположению частей вдоль границы и оборудованным позициям, здесь собирались остановить врага «малой кровью» и относительно небольшими силами, но как это получилось – рассмотрим далее. О кровопролитных и, как правило, неудачных оборонительных боях 1941 года на Ладожско-Онежском перешейке наберется немного литературного и научного-исторического материала. Основная масса томов исследователей и беллетристов посвящены победным наступательным операциям 1944 года, а гибель и пленение здесь десятков тысяч наших бойцов в первые месяцы войны проходят как бы так, вскользь и между прочим...
В период постоянных отступлений, поражений и окружений штабам соединений и частей было не до заполнения по всей форме боевой документации. Хотя бы потому, что сами ответственные за эту работу офицеры штабов зачастую сами оказывались и на передовой, и в окружении во вражеском тылу. Когда вынужденно уничтожались (а порой и просто бросались) снаряжение, боеприпасы, орудия и транспорт документы попросту уничтожались. По этой причине нет достаточно целостной картины боевых действий в первые месяцы 1941 года, поэтому попытаемся восстановить картину трагических и героических событий на Карельском и Онежско-Ладожском перешейках первого периода войны по отдельным документам, воспоминаниям ветеранов и другим материалам (в основном, это рассекреченные Минобороны боевые документы, карты и схемы того периода).
16.1. 71сд на Петрозаводском направлении
В состав 71 стрелковой дивизии входили стрелковые полки 126сп, 52сп и 367сп, артиллерийский полк 230ап, гаубичный артполк 237гап, а также стандартный «набор» по штатам военного времени из противотанкового и зенитного дивизионов, саперного батальона, разведбата, батальона связи. Главной особенностью 71 дивизии было формирование двух ее полков на 80% из «лиц финской национальности», а также карелов и вепсов. Правда, призывались эти лица из Ленинграда и окрестностей, то есть «местными» их назвать было нельзя – это были городские обрусевшие финны, также не очень-то привычные к боевым действиям в лесу, как и прочие бойцы и командиры Красной Армии. Командир дивизии был русский – полковник Федоров, а вот командиры полков носили фамилии Валли, Вяхя и Бирман (последний вряд ли был из финнов). Дивизия была сформирована еще в 1940 году как часть «Народно-освободительной армии Финляндской Советской республики», но с советизацией Финляндии тогда не получилось, а вот дивизия – на всякий случай – сохранилась и пошла воевать не в 40-м, так в 41-м.
Боевые действия на Петрозаводском и Сортавальском направлениях с советской стороны на первых порах вели всего лишь две эти дивизии. Полки будут вынуждено передаваться из одной дивизии в другую, сама 7 армия в сентябре станет Отдельной, будут меняться ее командующие, появятся новые формирования в виде Оперативных групп и новые соединения, но костяк, хребет обороны на первых порах состоял именно из 71сд и 168сд, судьба которых, отметим заранее, оказалась трагична (особенно 168сд).
Состав 168 стрелковой дивизии: стрелковые полки – 260сп, 402сп, 462сп, артиллерийские полки – 453ап и 412гап и все полагающиеся по штату подразделения. Командир дивизии – полковник Бондарев А.Л.
Начало военных действий на данном направлении не вписывается в привычные нам рамки «вероломного и внезапного нападения». В [ ] приводятся воспоминания очевидца и участника тех событий разведчика разведбата 71сд, финна, между прочим, по национальности (воспоминания, растиражированные во многих источниках, посвященных боям в Северном Приладожье). Так вот, еще 22 июня (напомним, Финляндия объявила войну СССР вечером 25 июня) разведвзвод в полном составе отправился на сопредельную сторону с задачей «взять языка». Разведчик с сожалением констатирует, что языка взять по каким-то причинам не удалось, зато он с гордостью говорит о том, что на обратном пути с той стороны уже числа 24-25 июня «мы разгромили финскую погранзаставу». Обратим внимание на даты: Финляндия еще пока нейтральное государство и на 100% даже у Сталина нет уверенности, что финны решатся на войну. Если такая убежденность и существовала, то еще можно было попытаться войну предотвратить, тем более что уже к 24 июня события на германском фронте развивались совершенно неожиданным для советского руководства образом. А на окраине империи, между тем, какие-то безвестные майоры и полковники принимают решение начать военные действия с нейтральным государством независимо от воли Хозяина?! Как такое возможно?! Сама предвоенная обстановка в отношениях с Финляндией, психоз и истерия в памяти о впечатляющей оплеухе, полученной советским монстром от «финской козявки» в Зимней войне, способствовала именно такому развитию событий. В этой связи вспомним также о массированной превентивной бомбардировке (вернее, попытке таковой) территории Финляндии 25-29 июня советскими ВВС. Что и послужило формальным поводом для финского парламента объявить войну Советскому Союзу.
Сам факт объявления нам войны Финляндией остается во многом незамеченным командованием армии и дивизий Северного фронта. Только в ЖБД 462сп 168 дивизии отмечено в записях от 26 июня: «В 24-00 Финляндия объявила нам войну». В штабных документах 7 армии 27 июня зафиксировано отправление соответствующей шифрограммы в штабы 71сд и 168сд. Отмечено также, что с 22 июня войска находятся в стадии отмобилизования, перемещаются ближе к границе, занимают отведенные участки и занимаются укреплением обороны. Похоже на действия по «Красному пакету», хотя сам факт вскрытия этих пакетов в ЖБД не отражен.
Боевые действия до начала июля заключались в отдельных стычках передовых отрядов финнов с нашими погранотрядами (80ПО и 3ПО) и выдвинутыми в приграничье подразделениями 71сд и 168сд. При этом погранотряды, согласно приказу, уже 25-26 июня начинают отход от линии госграницы, уничтожая постройки и пограничные укрепления и выводя в ближний тыл в заранее намеченные районы имущество, матчасть, боеприпасы, снаряжение. Из ЖБД 7 армии за 26.06 следует, что части получили указание разобрать ж.д. пути от станции Вяртсиля вблизи границы на 3 км вглубь, минировать дороги и создавать завалы на глубину до 5 км. В то же время отмечено, что телеграфная и телефонная связь работают неустойчиво (уже неустойчиво – это к вопросу о радиосвязи). По всем признакам наступательных действий здесь не планировалось. Основные события начались 2-3 июля.
71сд держала оборону (вернее, занимала рубежи) на огромном расстоянии по фронту – до 80-85 км. Ее правый фланг – 126сп совместно с 80ПО и 1/237гап – прикрывал направление, или же шоссейную дорогу от границы в направлении Куолисма-Лиусвари-Поросозеро и далее на стратегически важный порт и станцию на Кировской ж.д. г. Медвежьегорск. Против этой группировки советских войск противник поначалу направил основные силы оперативной группы «Ойнонен» - кавалерийскую бригаду (два полка) и егерский батальон. Всего в полосе обороны 71сд наступало две вражеские пехотные дивизии и указанная оперативная группа (три бригады). Превосходство в силах более чем троекратное! Это обстоятельство отражено и в книге американского историка Э.Зимке о войне в Карелии [ ]. В ЖБД 7 армии от 25.06 отмечено, что по данным разведки противник на фронте армии группирует 3-4 дивизии, а их фактически было вдвое больше. Получается, наша разведка не смогла выявить подобное угрожающее положение вещей (помните, «языка взять не удалось»). Не от хорошей жизни в части 1 июля высылается приказ из армии, буквально: «Во что бы то ни стало захватить пленных». Командующий армией, командиры дивизий и полков без разведданных слепы, намерения противника неизвестны, неизвестен даже состав и нумерация противостоящих частей (а это очень важно), какие сосредоточены силы, где? Увы, полноценных ответов не было
Оставалось только пассивное ожидание вражеского наступления в надежде на глухую оборону. В этих условиях из состава 7 армии уже в конце июня выводится только что отмобилизованная и сосредоточенная во втором эшелоне армии 237 стрелковая дивизия. Как с грустью пишут в ЖБД-7: «237сд эшелонами отправляется в неизвестном направлении». Как оказалось – под Псков, куда рвались танковые колонны немецкой группы армий «Север». Дальнейшие события показали, что подобное отношение к противнику на Карельском и Ладожско-Онежском перешейках оказалось трагичным для судьбы Ленинграда и едва не стало фатальным для всего северного фланга советских войск, а то и перспектив войны в целом.
29 июня в штабе 7 армии получено сообщение о начале немецко-финского наступления на Мурманск и Кандалакшу. Части приведены в первую боевую готовность с указанием: «Первые эшелоны армии на оборонительные работы не привлекать, артиллерийский огонь открывать только после открытия огня противником». Вот тут непонятно: вряд ли этот запрет был связан с какими-то этическими соображениями, скорей всего из-за возможной демаскировки своих позиций. Противник на всех участках ведет разведку боем силами от роты до батальона. Нам же по-прежнему неизвестны силы врага и его намерения. Камандарм-7 шлет приказы командующему ВВС армии (тогда была такая должность) о всемером усилении воздушной разведки всеми (так в приказе и сказано – всеми!) типами самолетов. То есть, разведданные нужны были как воздух – вслепую воевать со зрячим противником невозможно.
Из книги Э.Зимке, который описывал события в Заполярье и в Карелии как бы со стороны противника мы узнаем, что главный удар на участке обороны 7 армии РККА финская армия «Карелия» нанесла в зоне финского IV армейского корпуса к северу от озера Янис-ярви между ст.Вяртсиля и п.Корписелькя. Озеро Янис-ярви находится в 20 км севернее северной оконечности Ладожского озера и имеет размеры 15-18 км по меридиану и до 10 км в ширину. Станция Вяртсиля расположена в 12-15 км северо-западнее этого озера. Это направление прикрывали 367сп и 230 артполк 71 дивизии 7-й армии. Из ЖБД 7 армии следует, в частности, что частям дан приказ перейти к активной обороне и то, что противник пытается активными действиями относительно небольших сил (до батальона) прощупать организацию нашей обороны. Запись от 6 июля: «Штаб армии приказывает не оставлять у противника убитых и раненых наших красноармейцев из разведок, вплоть до отправки специальных отрядов в тыл врага для их вывода». Благородно. 7 июля в 71сд прибывает усиление в виде одного батальона из 131 армейского запасного полка с артбатареей.
9 июля противник на фронте Вяртсиля пытается перейти в наступление силами уже до полка (это репетиция главного удара - авт.). И наконец, 11 июля финны наносят главный удар в юго-восточном направлении на участке границы Вяртсиля-Корписелькя (Корписелькя – это нас.пункт у границы севернее Вяртсиля на 30 км). Командарм-7 Гореленко перебрасывает на этот угрожающий участок все свои скудные резервы, даже не резервы, а несколько стрелковых рот из 168сд, на участке которой пока нет решительных действий со стороны противника. Командарм и комдив-71 «процеживают» тылы армии и дивизии и бросают на парирование наметившегося прорыва вражеских сил последние ресурсы: охрану штаба, связистов, тыловые подразделения...
Наши части 71сд (52сп от Корписелькя и 367сп от Вяртсиля) постепенно отходят под воздействием действительно превосходящих сил противника. Финны свое основное усилие направляют на юг и юго-восток от границы вдоль восточного берега оз.Янис-ярви в сторону Ладоги с целью выйти на побережье, разрубить и разрезать наши обороняющиеся части, прижать их к Ладожскому озеру, к воде. Таким обводящим ударом оставлен не у дел Сортавальский укрепрайон (26УР) с его дотами и дзотами, а левый фланг 71сд и правый фланг 168сд вынуждены частью своих сил обороняться перевернутым фронтом – на восток. Остается неизвестным, предполагало ли наше командование в лице командарма-7 Гореленко и командующего фронтом Попова такое направление главных ударов противника; сработал ли здесь «стратегический гений» Маннергейма и начальника его генштаба Хейнрикса при разработке плана операций, но, скорее всего, сказалось банальное превосходство в силах. Хотя нельзя не оценить красоту замысла: на схеме видно (извините, если не смог выложить в сети) как две параллельные стрелы атакующих войск рассекают нашу скудную оборону, как они перерезают тылы и коммуникации обеих наших дивизий, взяв уже на шестой день операции основную ж.д. станцию снабжения Лоймола, оставив, тем самым, наши войска без связи с тылом.
При этом отчаянное сопротивление 367сп совместно с 230ап на восточном побережье оз.Янис-ярви едва не сорвало планы финского командования. Маннергейм был вынужден перебросить из под Ханко на этот участок дополнительные силы в виде целой дивизии (17пд), оставляя тем самым против советских войск на полуострове только части береговой охраны и батальон шведских добровольцев. При этом резервная 1-я пехотная дивизия финнов прикрывает восточный фланг армии»Карелия» в Лоймоле. 16 июля немецкая 163пд из резерва Маннергейма начинает наступление от Муанто (севернее ст.Лоймола) на восток к ключевому пункту нашей обороны и всех коммуникаций в районе станции Суорярви. Вот тут бы и ударить в левый фланг всей вражеской группировки вдоль дороги Корписелькя-Толвоярви, подрезать наступающий на юг финско-немецкий клин, лишив всю группировку противника сообщения с тылом по немногим дорогам... Нужен ударный кулак из одного (а лучше двух) танковых батальонов, нужен гаубичный полк РГК, массированная поддержка бомбардировочной авиации. Но ничего этого нет, нет даже лишних резервных стрелковых батальонов, чтобы хотя бы обозначить угрозу флангам противника.
Между тем перевес в силах у противника становится просто гигантским: уже 5 дивизий и егерская бригада наступают против наших всего лишь двух полков. Конечно, создание решающего преимущества в нужном месте в нужное время за счет ослабления других участков – это тоже искусство, но все же... У командарма-7 Гореленко из контраргументов только прибывший уже «к раздаче» слабовооруженный 131 запасной стрелковый полк (запасной – значит, не кадровый и собранный «с бору по сосенке») всего с одной приданной батареей 76мм пушек. Это очень мало! 15-16 июля обозначилась угроза окружения основных сил 71сд в районе южнее озера Янис-ярви (северная оконечность Ладоги).
16 июля, через 6 дней после начала наступления финская горнострелковая бригада (егерская) из группы «О» выходит к восточному берегу (северо-восточному) Ладожского озера у п. Койриноя. Два полка 71сд и вся 168сд оказываются отрезанными с востока, но у них все еще остается сообщение «с материком» по западному берегу Ладоги (относительно узкая полоска в 30-45 км от госграницы до западного побережья Ладоги), где финны пока еще не наступают. В эти дни полуокруженные части получают обращение главнокомандующего Северо-Западным направлением маршала Ворошилова, которое, если вкратце, выглядит так: «Бойцы! За Родину! Вы должны! Не посрамим!» и т.п. Но при этом Ворошилов прислал два горнострелковых батальона и обещал еще два полка подкреплений, которые должны были сосредоточиться у ст.Суорярви (это в 100 км восточнее описываемых событий).
Все это время правофланговый полк 71сд – 126сп – ведет свою собственную отдельную войну в десятках километрах севернее основного направления атак противника, прикрывая дорогу Куолисма-Поросозеро-Медвежьегорск. Здесь пока без особого успеха наступает финская кавалерийская бригада и батальон егерей. 126сп занимает оборону по фронту до 20 км, поэтому его оборонительная позиция вынужденно состоит из отдельных ротных опорных пунктов.
16.2. Развитие финского наступление вдоль восточного побережья Ладоги.
18 июля в бой под ст.Лоймола вступает, наконец, подкрепление, обещанное Ворошиловым – это 9-й мотострелковый полк. Принадлежность этого 9мсп точно установить не удалось: его нет ни в нумерации полков 1-й танковой дивизии, ни в 10-м мехкорпусе (танковые и мотострелковые соединения Северного фронта). Скорее всего, это формирования НКВД, у которого была собственная система нумерации частей. Ситуации в целом это пополнение не переломило, финские войска, взяв станцию Лоймола, упорно продолжали свое продвижение на юг к Ладожскому озеру, создавая тем самым второе, восточное кольцо полуокружения наших войск (71сд и 168сд). При этом на восток, помимо наступления немецкой 163пд на Суорярви, с 20 июля начинает наступление от северной оконечности Ладоги и часть сил финского VI армейского корпуса - по дороге на Вохтозеро-Пряжа (дорога на Вохтозеро-Пряжа расположена южнее направления оз.Янис-ярви-Суорярви на 20-30 км). В этом районе наших войск практически не было.
22 июля части финского VIак после взятия станции Салми на восточном побережье Ладоги доходят вдоль по берегу до г. Мансила, расположенного на старой советско-финской границе. По указанию штаба Северного фронта в районе Мансила в тылу финских войск на побережье и близлежащих островах высаживается десант с помощью кораблей Ладожской флотилии. Морской десант пытается разгромить передовые финские подразделения и задерживает дальнейшее продвижение противника по восточному побережью Ладожского озера по направлению к реке Свирь. Тяжелые бои продолжались здесь до начала августа.
На западном побережье Ладожского озера финские войска переходят в наступление 31 июля. Им противостоят части 168сд и 142сд (23-й армии). При этом 168сд с 21 июля передана в 23 армию, так как оказалась к этому времени фактически отрезанной от штаба своей 7-й армии. Командарм-7 требует маршевых пополнений для восполнения все возрастающих потерь – не менее 2000 человек, из них 1500 под Суорярви и целый полк для 168сд. С 23 июля в боях на восточном берегу Ладони начинает упоминаться 7-й мотоциклетный полк (прибыл из-под Выборга из состава 10 мехкорпуса) и 3-я бригада морской пехоты Балтфлота в составе трех батальонов, артдивизиона и отдельных рот усиления. Указанные части вместе с 452 мотострелковым полком из 198 мсд 10-го мехкорпуса составили Олонецкую Оперативную группу – войск набралось на полноценную дивизию. Финны наносят удар во фланг этой группировке и наши войска, избегая окружения, вынуждены отступить еще южнее к реке Тулокса. Сюда же 25 июля прибывает 3-я Ленинградская дивизия народного ополчения двухполкового состава всего в количестве 8500 человек л/c с приданным артдивизионом (без одной батареи). Дивизию для Олонецкого направления выделил из фронтовых резервов сам Ворошилов. Судьба этой слабовооруженной и неподготовленной к боям дивизии была трагичной, как и всех формирований народного ополчения. Соотношение сил на востоке Ладоги меняется и становится практически 1:1.
Из ЖБД-7: «Противник с помощью авиации и танков (к танкам и авиации у противника мы еще вернемся) ведет наступление в восточном направлении». Это уже направление на Петрозаводск. Враг атакует повсюду и непрерывно. Одна колонна финского VIак продолжает наступательные действия вдоль дорог по восточному берегу Ладоги (от реки Тулокса к реке Свирь), другая начинает атаковать восточное направление через Вохтозеро на Пряжу (в Пряже находится штаб 7 армии). В боях с этой колонной участвует 24-й мотострелковый полк (это 24мсп 24-й танковой дивизии 10-го мехкорпуса), переброшенный сюда из-под Выборга, где все еще относительно спокойно, и некий истребительный отряд – местное слабовооруженное ополчение. Здесь же и 10-й стрелковый полк, переформированный из 131 запасного полка.
Севернее, вдоль дороги Лоймола-Суорярви наступает немецкая 163пд (без одного полка), это продвижение сдерживается остатками 367сп 71-й дивизии и 230 артполка. На помощь немцам финское командование отправляет батальоны егерей и самокатчиков (солдаты на велосипедах), которые в который раз обходят по лесам наши позиции с флангов и 26 июля перерезают южнее озера Сямозеро железную дорогу от Суорярви на восток – на Эссбила-Петрозаводск. Советское командование формирует здесь Петразаводскую Оперативную группу (группа генерала Антонюка) в составе: 24 мсп, 10-й зап.сп, истребительный отряд, два танковых батальона из 2-го танкового полка 1-й тд и бронепоезд.
16.3. Попытка контрнаступления на ст. Лоймола.
Еще 19 июля в Петрозаводске из эшелонов 1-й танковой дивизии, направлявшейся из-под Алакуртти на Ленинградское направление, приказом Ворошилова был выделен весь 2-й танковый полк 1-й тд. Сколько в этом танковом полку оставалось боеспособных танков можно оценить только приблизительно. Если из 350 единиц, прибывших под Алакуртти (на всю дивизию) в боях на Кандалакшском направлении было безвозвратно потеряно 34 машины, подбито и вышло из строя по техническим причинам 65 танков и, к тому же оставлено в распоряжении 14 армии еще порядка 30-40 единиц, то на каждый танковый полк в остатке приходится по 135 танков, а на каждый из трех танковых батальонов выходит, в среднем, по 45 машин. Один танковый батальон был направлен в Суорярвскую ОГ, а два в Петрозаводскую.
Линия фронта здесь имела очаговый характер, советские и финско-немецкие части располагались не по традиционным понятиям «фронтом на запад, или восток», а, будучи в тылу друг у друга, имели, зачастую «перевернутый фронт». Так, на Петрозаводском направлении финны, продвинувшиеся к концу июля уже почти до Петрозаводска, имели у себя в глубоком тылу все еще сражающийся наш «Суорярвский выступ». И этот «выступ» не позволил финнам развернуть с ходу широкое наступление на Петрозаводск.
Два советских танковых батальона под Пряжей (узел дорог ближе к Онежскому озеру) сразу были брошены в бой в наступление с задачей отбить станцию Лоймола (еще одна «кость в горле» у советского командования), но это уже в 150 км восточней Пряжи – как могли танки по лесам отбить эту станцию непонятно в принципе. Ворошилов лично руководил операцией. Танковый удар (серьезная сила – до 80 танков) поддерживали целых три мотострелковых полка НКВД. Что из себя представлял «мотострелковый полк НКВД» не совсем понятно – скорее всего, это была наспех сооруженная конструкция из неприспособленных к боевым действиям с вооруженным противником чекистов. Но, судя по приставке «мото-», разъезжающих на автотранспорте. Так, например, по данным из [ ] Ростовский полк НКВД насчитывал 2254 человек л/c, имел роту танков (каких именно не указано, но, скорее всего, все тех же пулеметных танкеток П-37/38), при этом всего две артбатареи и 220 единиц автотехники – то есть, передвигались моторизованные чекисты автотранспортом, в отличие от простой пехоты. Силы собрались, на первый взгляд, серьезные: противостоящие этим войскам части финской 5пд и егерской бригады были обречены на поражение, но и в этом случае «что-то пошло не так».
Наступление началось 23 июля силами пока только одного танкового батальона и одного полка НКВД. Но оборона финнов оказалась устойчивой к танковым атакам. Сказался опыт Зимней войны, когда советские танки и бронемашины на узких лесных дорогах становились легкой добычей подвижных финских противотанковых 37мм пушек, противотанковых гранат, ПТР и бутылок с горючей смесью («коктейль против Молотова»). Уж не отсюда ли пошла вынужденная «мода» на бутылки и ПТР с осени 1941 во всей Красной Армии? Наступление захлебнулось. Через несколько дней в начале августа к Петрозаводской ОГ присоединили 272 стрелковую дивизию и вновь танки были брошены в атаку в лес на врага и с тем же результатом. «Ошибки и неумение опыта войны танками в лесу без налаженного взаимодействия с пехотой» - так записано в [ ] и еще: «Не умели грамотно распорядится танками». Танки «испарялись» десятками. А, значит, до войны вопросы эти не отрабатывались. К 20 августа 2-й танковый полк был вынужденно расформирован, остатки его свели в два батальона – 51отд.тб и 106отд.тб - их передали «на баланс» в 7-ю армию. И только 1-й танковый полк 1-й Краснознаменной танковой дивизии добрался до Ленинграда, где участвовал в боях, а 2-йтп и мотострелковый полк этой дивизии «растворились» в карельских дебрях. В ЖБД-7 эта неудачная попытка наступления с помощью танковых батальонов описана так: «Подразделения Антонюка усилены танками 2/24 мотополка, усиленный 20-ю танками и 4-мя бронеавтомобилями, в районе Кукозеро встретил сильное сопротивление; 2/24 потерял до 50% пехоты (!-авт.), 4 танка, 2 БА и отошел...».
Ситуация в Южной (Олонецкой) ОГ в эти дни в ЖБД-7 описывается так: «Военный совет приказывает принять решительные меры борьбы с фактами трусости, паникерства и ухода с поля боя. Приговоры трибуналов приводить в исполнение немедленно. Расстреляйте перед строем наиболее злостных дезертиров. Разъяснить, что трусам, паникерам, дезертирам, предателям Родины (интересная оговорка – Родины, а не Родине) не будет пощады». Подобных приказов мы не видели в войсках 14 армии. Дела, значит, обстояли, совсем плохо. Обратим внимание: «расстрелять наиболее злостных дезертиров» значит, явление стал массовым и расстреливать всех подряд стало уже «экономически невыгодно». Судя по тону приказа, негативные явления были массовыми и это всего через месяц войны. Интересно, были ли у финнов дезертиры и предатели и сколько их расстреляли перед строем? Напомним, что изначально 71сд во многом формировалась из лиц финской национальности.
Командарм-7 в своем очередном приказе с горечью констатирует: «Бои за 23-26 июля показывают, что на всех участках инициативу захватил противник, разведка ведется плохо, действий в тылу врага не создается». А ведь силы сторон, благодаря прибытию на фронт все новых и новых частей Красной Армии практически сравнялись. Трехкратное преимущество противника растаяло, но он продолжал успешное наступление на всех участках. Вот что значит владеть инициативой!
Олонецкая (Южная в некоторых документах) и Петрозаводская Оперативные группы состояли в конце июля-начале августа 1941 года из следующих частей: 71сд – два полка – 52сп и 367сп, 131 (10-й) запасной сп, истребительный батальон, остатков двух погранотрядов – 80ПО и 3ПО, 3-й бригады морской пехоты, 3-й ЛДНО (дивизия ополчения), 7-й мотострелковый полк 10-го мехкорпуса, 452 мсп из 198мсд 10-го мехкорпуса, 24-й мотострелковый полк 24тд 10мк, 2-й танковый полк 1-й тд, три полка НКВД. Итого10 полков, бригада и ополченческая дивизия, или же примерно 5 расчетных дивизий. Со стороны противника наступали немецкая 163пд (без одного полка), финские 11пд, 5пд, егерская бригада, 17пд, 1-я пд. Итого те же 5 дивизий, также ослабленных предыдущими боями, как и наши. Но вот только командование врага не рассылало в дивизии приказов о трибуналах и расстрелах, а занималось своим непосредственным делом – планированием операций. Складывается впечатление, что у финнов наступал некий сплоченный монолит, а нас против них – разношерстное лоскутное одеяло, сотканное из остатков разных частей и кое-как наспех сколоченных подразделений – лишь бы дыры залатать. При этом обязательное неумелое и беззубое «тыканье» в финскую оборону с большими потерями, а в ответ – вечные обходы и охваты с флангов, «противоядия» от которых так и не нашли.
Растерянность и слабую компетентность нашего командования первого и особенно начального периода войны подчеркивает факт постоянного и хаотичного перетасовывания подчиненных частей в попытках противостояния энергичному и непредсказуемому напору противника. Судите сами, например, из 198мсд 10-го мехкорпуса (это западный берег Ладоги) танковый полк дивизии – 146тп – переброшен в начале июля под Ленинград, а вместо него прибывает 41тп 21тд 10мк (при этом остальные части 21тд остаются под Ленинградом). В шахматах эта комбинация называется «рокировка в длинную сторону». 24мсп 24-й танковой дивизии 10-го мехкорпуса (из-под Выборга) передан в 7 армию. Из 198мсд в начале июля 452мсп отправлен на Олонецкое направление (то есть, дивизия пребывает на западном побережье Ладоги, а один из ее полков – на восточном). Другой полк той же дивизии – 450мсп – убыл под Ленинград. В 198мсд из «родных» частей остается только 704 артполк и все штатные дивизионные подразделения, но добавился «чужой» 41 танковый полк. Какая может быть в таких условиях управляемость и боевая слаженность?! Также были растасканы (иного слова не подберешь) в разные армии даже фронты обе танковые дивизии 10-го мехкорпуса 23-й армии (об этом далее): 7-й мотоциклетный полк оказался в Олонецкой ОГ вместе с 452мсп 198мсд и 3-й бригадой морской пехоты – все это впоследствии стало 67-й стрелковой дивизией.
16.4. Бронетанковые войска и авиация на Ладожско-Онежском перешейке.
Теперь попробуем оценить действия и потери бронетанковых сил финнов и РККА за июль 1941 года на Петрозаводском и Олонецком направлениях. Судя по данным из [ ] («Бронетанковые силы Финляндии») единственные «броневой ударный батальон» финской армии наступал как раз на данных направлениях, в основном, по восточному берегу Ладоги. При этом несколько совсем уж «ржавых корыт» в виде легких французских танков времен Первой мировой войны несли охранную службу в тылу. Всего в финском танковом батальоне было около 80 танков, в основном, советского производства Т-26, БТ и ОТ (огнеметные) в различных вариантах. Кроме того имелось 22 также трофейных наших бронеавтомобиля и 42 (!) плавающие танкетки ПТ, которые были распределены между армейскими корпусами как связные, дозорные и разведывательные машины. У нас таковых танкеток по штату должно было быть по 16 единиц в каждой стрелковой дивизии. Бронетанковые силы РККА на этих направлениях имели к концу июля порядка 135 танков (таких же Т-26 и различных БТ и даже несколько КВ) под Ведлозером, Пряжей и Семозером – это уже упоминавшийся 2-й танковый полк 1-й танковой дивизии, задержанный здесь по приказу Ворошилова для проведения наступательной операции на ст.Лоймола. Как этими силами распорядились мы уже писали чуть выше: произошло распыление единого ударного кулака на подвижные огневые точки по лесам и чащам с последующим их неизбежным уничтожением из засад. К концу августа 2-й танковый полк ввиду малого количества оставшихся в строю танков был расформирован, а из его остатков, как уже говорилось, организовали два отдельных танковых батальона, получивших еще несколько новых тяжелых КВ из Ленинграда. Судьба этих батальонов также оказалась незавидной: из переписок по всем ссылкам и форумам им посвященным следует, что 51отб почти полностью погиб в боях за Петрозаводск, а остатки 106отб в конце года переформировали в 48отб. Легкие танки с противопульным бронированием и пушкой 45мм никак не годились ни для прорыва по лесным тропам финской обороны, ни для отражения атак врага, так как фугасно-осколочное действие малокалиберных снарядов крайне незначительно и неэффективно. Легкий танк – это особый инструмент для рейда по тылам противника, это машина-терминатор для нарушения коммуникаций, уничтожения складов и штабов и создания паники в тылу. Чем собственно и занимались немецкие танкетки и легкие танки Т-I и T-II, чешские T-38, средние танки T-III после прорыва советской обороны в 1941-1942 гг.
Что касается финской «танковой армады». На рабочих картах дивизий, 7 армии и Северного фронта, выложенных на сайте pamyat-naroda.ru, этот танковый батальон обозначен как «танковая бригада». К сожалению, сами эти карты не удается скачать в приемлемом качестве, но любопытствующие могут легко их найти на указанном сайте самостоятельно, набрав в поисковике номер интересующей части или соединения. Так вот, финны не только сохранили боеспособность своего танкового батальона (его не бросали в самоубийственные атаки на противотанковую оборону по лесным тропам), но за счет брошенных, подбитых и восстановленных танков 1тд 1-го мехкорпуса и 10-го мехкорпуса они создадут в начале 1942 г. свой второй танковый батальон, затем танковую бригаду, а летом того же года даже дивизию, правда, с помощью поставок из Германии немецких и трофейных советских танков.
По поводу действий ВВС сторон в первые недели войны на данном направлении добыть каких-либо конкретных данных не удалось. Ограничимся общими фразами, что существенного влияния на общий ход боевых действий авиация не оказала. И наши, и финны ограничивались ведением авиаразведки, с редкими налетами одного-двух звеньев бомбардировщиков и штурмовиков (а то и отдельных самолетов) на позиции противника. Запись в ЖБД-7 от 21 июля: «Самолеты противника группами атаковали наши части на Сортавальском направлении (Сортавала – порт в северном «углу» Ладоги) и бомбардировали Петрозаводск. О действиях ВВС армии сведений нет». Сведений нет у командования 7 армии, а у нас тем более. Базировавшийся на аэродромы Бессовец и Гирвас (это в районе Петрозаводска) 72сап из 55сад после потери едва ли не трети бомбардировщиков СБ (увы, как правило, с экипажем из трех пилотов) в превентивных налетах на Финляндию, начиная с утра 25 июня, далее какими-либо подвигами в боевых документах 7 армии не отмечены. В ЖБД-7 основным требованием к собственным ВВС в виде 55сад было ведение авиаразведки. Отдельные целеуказания на скопления войск противника не могли привести к эффективному воздействию нашей авиации из-за большой разницы во времени реагирования: оперативной связи передовых частей армии непосредственно с авиаполками не было (как и во всей РККА).
В 55сад с начала войны входили только два полка: 72бап (34 самолетов СБ) и 155иап (33 И-16), но, начиная с 19 июля сюда прибывает три эскадрильи (это 27-36 самолетов) штурмовиков И-153бис из 65шап, с начала июля под Петрозаводск прибыл 197иап из 17 самолетов И-153 и 119 отдельная разведэскадрилья – правда, всего 5 разведчиков на базе СБ. Итого к концу июля группировка ВВС на Петрозаводском направлении насчитывала около 120 самолетов (сколько из них боеготовых – неизвестно). В сентябре в состав 55сад входит 31скабп из 19 самолетов Пе-2, а к концу года еще и 524иап на И-16 (количество неизвестно). Этим 120 самолетам финны могли противопоставить 5 эскадрилий своего «разношерстного и разноплеменного» набора истребителей, штурмовиков, разведчиков и всего 12 бомбардировщиков английского производства «Брюстер». На Петрозаводском направление периодически действовали и оставшиеся в распоряжении командования финских ВВС десять «Брюстеров» из всей этой «английской команды» в 22 машины.
Финская эскадрилья по штату насчитывала 27 самолетов, что сопоставимо с нашим авиаполком. Итого финнам удалось сосредоточить на данном направлении около 140 самолетов против 120 наших. Учитывая большую аварийность нашего авиапарка, хронические затруднения со своевременным ремонтом и общим некачественным аэродромным обеспечением превосходство в воздухе сложилось в пользу финских ВВС. К тому же люфтваффе периодически оказывало своему союзнику воздушную поддержку: в ЖБД-7 есть запись о сбитых Ме-109, которых в июле у финнов на вооружении не было. Катастрофическое развитие событие на основных фронтах летом 1941 не позволило советскому командованию сколь либо заметно усилить группировку ВВС в Карелии. С учетом того, что финны отчитались за июль о 22 сбитых ими наших самолетах – насколько это соответствует действительности – большой вопрос (о своих потерях не сообщается), то превосходство в воздухе окончательно перешло к ним. Хотя общее незначительное количество бомбардировщиков в финских ВВС не позволило им оказать заметного влияния на ход военных действий – все
 
СообщениеГлава 16. Операции 7-й армии на Онежско-Ладожском перешейке (Петрозаводск-Сортавала) в июле-августе 1941 г.

Помимо 54сд в 7 армию входили 71-я и 168 стрелковые дивизии. Вот они, также как и 337сп приняли на себя удар троекратно превосходящих сил противника (особенно 168сд). 71сд прикрывала, в основном, Петрозаводское направление, а 168сд – Сортавальское (порт на северо-западном побережье Ладоги. Против каждой из дивизий РККА финское командование сумело направить по армейскому корпусу из двух пехотных дивизий с частями усиление и сильными резервами. На Петрозаводск наступал VIак с приданными кавалерийской и двумя егерскими бригадами так называемой группы «Ойнонен» (по имени командующего). На Сортавалу – VIIак, имеющий в резерве целых две дивизии – немецкую 163пд и финскую 1пд.
Основное наступление на этих направлениях финны начали 10 июля и к этому времени ни командование 7 армии, ни командование фронта не смогли выделить дополнительных частей и средств усиления из-за катастрофического развития событий на основном, Ленинградском направлении, где после фактического разгрома Северо-Западного фронта надо было немедленно создавать оборонительный рубеж по р. Луга. Видимо, Ставка до поры до времени не считала северное направление сколь либо серьезно угрожающим Ленинграду. Судя по расположению частей вдоль границы и оборудованным позициям, здесь собирались остановить врага «малой кровью» и относительно небольшими силами, но как это получилось – рассмотрим далее. О кровопролитных и, как правило, неудачных оборонительных боях 1941 года на Ладожско-Онежском перешейке наберется немного литературного и научного-исторического материала. Основная масса томов исследователей и беллетристов посвящены победным наступательным операциям 1944 года, а гибель и пленение здесь десятков тысяч наших бойцов в первые месяцы войны проходят как бы так, вскользь и между прочим...
В период постоянных отступлений, поражений и окружений штабам соединений и частей было не до заполнения по всей форме боевой документации. Хотя бы потому, что сами ответственные за эту работу офицеры штабов зачастую сами оказывались и на передовой, и в окружении во вражеском тылу. Когда вынужденно уничтожались (а порой и просто бросались) снаряжение, боеприпасы, орудия и транспорт документы попросту уничтожались. По этой причине нет достаточно целостной картины боевых действий в первые месяцы 1941 года, поэтому попытаемся восстановить картину трагических и героических событий на Карельском и Онежско-Ладожском перешейках первого периода войны по отдельным документам, воспоминаниям ветеранов и другим материалам (в основном, это рассекреченные Минобороны боевые документы, карты и схемы того периода).
16.1. 71сд на Петрозаводском направлении
В состав 71 стрелковой дивизии входили стрелковые полки 126сп, 52сп и 367сп, артиллерийский полк 230ап, гаубичный артполк 237гап, а также стандартный «набор» по штатам военного времени из противотанкового и зенитного дивизионов, саперного батальона, разведбата, батальона связи. Главной особенностью 71 дивизии было формирование двух ее полков на 80% из «лиц финской национальности», а также карелов и вепсов. Правда, призывались эти лица из Ленинграда и окрестностей, то есть «местными» их назвать было нельзя – это были городские обрусевшие финны, также не очень-то привычные к боевым действиям в лесу, как и прочие бойцы и командиры Красной Армии. Командир дивизии был русский – полковник Федоров, а вот командиры полков носили фамилии Валли, Вяхя и Бирман (последний вряд ли был из финнов). Дивизия была сформирована еще в 1940 году как часть «Народно-освободительной армии Финляндской Советской республики», но с советизацией Финляндии тогда не получилось, а вот дивизия – на всякий случай – сохранилась и пошла воевать не в 40-м, так в 41-м.
Боевые действия на Петрозаводском и Сортавальском направлениях с советской стороны на первых порах вели всего лишь две эти дивизии. Полки будут вынуждено передаваться из одной дивизии в другую, сама 7 армия в сентябре станет Отдельной, будут меняться ее командующие, появятся новые формирования в виде Оперативных групп и новые соединения, но костяк, хребет обороны на первых порах состоял именно из 71сд и 168сд, судьба которых, отметим заранее, оказалась трагична (особенно 168сд).
Состав 168 стрелковой дивизии: стрелковые полки – 260сп, 402сп, 462сп, артиллерийские полки – 453ап и 412гап и все полагающиеся по штату подразделения. Командир дивизии – полковник Бондарев А.Л.
Начало военных действий на данном направлении не вписывается в привычные нам рамки «вероломного и внезапного нападения». В [ ] приводятся воспоминания очевидца и участника тех событий разведчика разведбата 71сд, финна, между прочим, по национальности (воспоминания, растиражированные во многих источниках, посвященных боям в Северном Приладожье). Так вот, еще 22 июня (напомним, Финляндия объявила войну СССР вечером 25 июня) разведвзвод в полном составе отправился на сопредельную сторону с задачей «взять языка». Разведчик с сожалением констатирует, что языка взять по каким-то причинам не удалось, зато он с гордостью говорит о том, что на обратном пути с той стороны уже числа 24-25 июня «мы разгромили финскую погранзаставу». Обратим внимание на даты: Финляндия еще пока нейтральное государство и на 100% даже у Сталина нет уверенности, что финны решатся на войну. Если такая убежденность и существовала, то еще можно было попытаться войну предотвратить, тем более что уже к 24 июня события на германском фронте развивались совершенно неожиданным для советского руководства образом. А на окраине империи, между тем, какие-то безвестные майоры и полковники принимают решение начать военные действия с нейтральным государством независимо от воли Хозяина?! Как такое возможно?! Сама предвоенная обстановка в отношениях с Финляндией, психоз и истерия в памяти о впечатляющей оплеухе, полученной советским монстром от «финской козявки» в Зимней войне, способствовала именно такому развитию событий. В этой связи вспомним также о массированной превентивной бомбардировке (вернее, попытке таковой) территории Финляндии 25-29 июня советскими ВВС. Что и послужило формальным поводом для финского парламента объявить войну Советскому Союзу.
Сам факт объявления нам войны Финляндией остается во многом незамеченным командованием армии и дивизий Северного фронта. Только в ЖБД 462сп 168 дивизии отмечено в записях от 26 июня: «В 24-00 Финляндия объявила нам войну». В штабных документах 7 армии 27 июня зафиксировано отправление соответствующей шифрограммы в штабы 71сд и 168сд. Отмечено также, что с 22 июня войска находятся в стадии отмобилизования, перемещаются ближе к границе, занимают отведенные участки и занимаются укреплением обороны. Похоже на действия по «Красному пакету», хотя сам факт вскрытия этих пакетов в ЖБД не отражен.
Боевые действия до начала июля заключались в отдельных стычках передовых отрядов финнов с нашими погранотрядами (80ПО и 3ПО) и выдвинутыми в приграничье подразделениями 71сд и 168сд. При этом погранотряды, согласно приказу, уже 25-26 июня начинают отход от линии госграницы, уничтожая постройки и пограничные укрепления и выводя в ближний тыл в заранее намеченные районы имущество, матчасть, боеприпасы, снаряжение. Из ЖБД 7 армии за 26.06 следует, что части получили указание разобрать ж.д. пути от станции Вяртсиля вблизи границы на 3 км вглубь, минировать дороги и создавать завалы на глубину до 5 км. В то же время отмечено, что телеграфная и телефонная связь работают неустойчиво (уже неустойчиво – это к вопросу о радиосвязи). По всем признакам наступательных действий здесь не планировалось. Основные события начались 2-3 июля.
71сд держала оборону (вернее, занимала рубежи) на огромном расстоянии по фронту – до 80-85 км. Ее правый фланг – 126сп совместно с 80ПО и 1/237гап – прикрывал направление, или же шоссейную дорогу от границы в направлении Куолисма-Лиусвари-Поросозеро и далее на стратегически важный порт и станцию на Кировской ж.д. г. Медвежьегорск. Против этой группировки советских войск противник поначалу направил основные силы оперативной группы «Ойнонен» - кавалерийскую бригаду (два полка) и егерский батальон. Всего в полосе обороны 71сд наступало две вражеские пехотные дивизии и указанная оперативная группа (три бригады). Превосходство в силах более чем троекратное! Это обстоятельство отражено и в книге американского историка Э.Зимке о войне в Карелии [ ]. В ЖБД 7 армии от 25.06 отмечено, что по данным разведки противник на фронте армии группирует 3-4 дивизии, а их фактически было вдвое больше. Получается, наша разведка не смогла выявить подобное угрожающее положение вещей (помните, «языка взять не удалось»). Не от хорошей жизни в части 1 июля высылается приказ из армии, буквально: «Во что бы то ни стало захватить пленных». Командующий армией, командиры дивизий и полков без разведданных слепы, намерения противника неизвестны, неизвестен даже состав и нумерация противостоящих частей (а это очень важно), какие сосредоточены силы, где? Увы, полноценных ответов не было
Оставалось только пассивное ожидание вражеского наступления в надежде на глухую оборону. В этих условиях из состава 7 армии уже в конце июня выводится только что отмобилизованная и сосредоточенная во втором эшелоне армии 237 стрелковая дивизия. Как с грустью пишут в ЖБД-7: «237сд эшелонами отправляется в неизвестном направлении». Как оказалось – под Псков, куда рвались танковые колонны немецкой группы армий «Север». Дальнейшие события показали, что подобное отношение к противнику на Карельском и Ладожско-Онежском перешейках оказалось трагичным для судьбы Ленинграда и едва не стало фатальным для всего северного фланга советских войск, а то и перспектив войны в целом.
29 июня в штабе 7 армии получено сообщение о начале немецко-финского наступления на Мурманск и Кандалакшу. Части приведены в первую боевую готовность с указанием: «Первые эшелоны армии на оборонительные работы не привлекать, артиллерийский огонь открывать только после открытия огня противником». Вот тут непонятно: вряд ли этот запрет был связан с какими-то этическими соображениями, скорей всего из-за возможной демаскировки своих позиций. Противник на всех участках ведет разведку боем силами от роты до батальона. Нам же по-прежнему неизвестны силы врага и его намерения. Камандарм-7 шлет приказы командующему ВВС армии (тогда была такая должность) о всемером усилении воздушной разведки всеми (так в приказе и сказано – всеми!) типами самолетов. То есть, разведданные нужны были как воздух – вслепую воевать со зрячим противником невозможно.
Из книги Э.Зимке, который описывал события в Заполярье и в Карелии как бы со стороны противника мы узнаем, что главный удар на участке обороны 7 армии РККА финская армия «Карелия» нанесла в зоне финского IV армейского корпуса к северу от озера Янис-ярви между ст.Вяртсиля и п.Корписелькя. Озеро Янис-ярви находится в 20 км севернее северной оконечности Ладожского озера и имеет размеры 15-18 км по меридиану и до 10 км в ширину. Станция Вяртсиля расположена в 12-15 км северо-западнее этого озера. Это направление прикрывали 367сп и 230 артполк 71 дивизии 7-й армии. Из ЖБД 7 армии следует, в частности, что частям дан приказ перейти к активной обороне и то, что противник пытается активными действиями относительно небольших сил (до батальона) прощупать организацию нашей обороны. Запись от 6 июля: «Штаб армии приказывает не оставлять у противника убитых и раненых наших красноармейцев из разведок, вплоть до отправки специальных отрядов в тыл врага для их вывода». Благородно. 7 июля в 71сд прибывает усиление в виде одного батальона из 131 армейского запасного полка с артбатареей.
9 июля противник на фронте Вяртсиля пытается перейти в наступление силами уже до полка (это репетиция главного удара - авт.). И наконец, 11 июля финны наносят главный удар в юго-восточном направлении на участке границы Вяртсиля-Корписелькя (Корписелькя – это нас.пункт у границы севернее Вяртсиля на 30 км). Командарм-7 Гореленко перебрасывает на этот угрожающий участок все свои скудные резервы, даже не резервы, а несколько стрелковых рот из 168сд, на участке которой пока нет решительных действий со стороны противника. Командарм и комдив-71 «процеживают» тылы армии и дивизии и бросают на парирование наметившегося прорыва вражеских сил последние ресурсы: охрану штаба, связистов, тыловые подразделения...
Наши части 71сд (52сп от Корписелькя и 367сп от Вяртсиля) постепенно отходят под воздействием действительно превосходящих сил противника. Финны свое основное усилие направляют на юг и юго-восток от границы вдоль восточного берега оз.Янис-ярви в сторону Ладоги с целью выйти на побережье, разрубить и разрезать наши обороняющиеся части, прижать их к Ладожскому озеру, к воде. Таким обводящим ударом оставлен не у дел Сортавальский укрепрайон (26УР) с его дотами и дзотами, а левый фланг 71сд и правый фланг 168сд вынуждены частью своих сил обороняться перевернутым фронтом – на восток. Остается неизвестным, предполагало ли наше командование в лице командарма-7 Гореленко и командующего фронтом Попова такое направление главных ударов противника; сработал ли здесь «стратегический гений» Маннергейма и начальника его генштаба Хейнрикса при разработке плана операций, но, скорее всего, сказалось банальное превосходство в силах. Хотя нельзя не оценить красоту замысла: на схеме видно (извините, если не смог выложить в сети) как две параллельные стрелы атакующих войск рассекают нашу скудную оборону, как они перерезают тылы и коммуникации обеих наших дивизий, взяв уже на шестой день операции основную ж.д. станцию снабжения Лоймола, оставив, тем самым, наши войска без связи с тылом.
При этом отчаянное сопротивление 367сп совместно с 230ап на восточном побережье оз.Янис-ярви едва не сорвало планы финского командования. Маннергейм был вынужден перебросить из под Ханко на этот участок дополнительные силы в виде целой дивизии (17пд), оставляя тем самым против советских войск на полуострове только части береговой охраны и батальон шведских добровольцев. При этом резервная 1-я пехотная дивизия финнов прикрывает восточный фланг армии»Карелия» в Лоймоле. 16 июля немецкая 163пд из резерва Маннергейма начинает наступление от Муанто (севернее ст.Лоймола) на восток к ключевому пункту нашей обороны и всех коммуникаций в районе станции Суорярви. Вот тут бы и ударить в левый фланг всей вражеской группировки вдоль дороги Корписелькя-Толвоярви, подрезать наступающий на юг финско-немецкий клин, лишив всю группировку противника сообщения с тылом по немногим дорогам... Нужен ударный кулак из одного (а лучше двух) танковых батальонов, нужен гаубичный полк РГК, массированная поддержка бомбардировочной авиации. Но ничего этого нет, нет даже лишних резервных стрелковых батальонов, чтобы хотя бы обозначить угрозу флангам противника.
Между тем перевес в силах у противника становится просто гигантским: уже 5 дивизий и егерская бригада наступают против наших всего лишь двух полков. Конечно, создание решающего преимущества в нужном месте в нужное время за счет ослабления других участков – это тоже искусство, но все же... У командарма-7 Гореленко из контраргументов только прибывший уже «к раздаче» слабовооруженный 131 запасной стрелковый полк (запасной – значит, не кадровый и собранный «с бору по сосенке») всего с одной приданной батареей 76мм пушек. Это очень мало! 15-16 июля обозначилась угроза окружения основных сил 71сд в районе южнее озера Янис-ярви (северная оконечность Ладоги).
16 июля, через 6 дней после начала наступления финская горнострелковая бригада (егерская) из группы «О» выходит к восточному берегу (северо-восточному) Ладожского озера у п. Койриноя. Два полка 71сд и вся 168сд оказываются отрезанными с востока, но у них все еще остается сообщение «с материком» по западному берегу Ладоги (относительно узкая полоска в 30-45 км от госграницы до западного побережья Ладоги), где финны пока еще не наступают. В эти дни полуокруженные части получают обращение главнокомандующего Северо-Западным направлением маршала Ворошилова, которое, если вкратце, выглядит так: «Бойцы! За Родину! Вы должны! Не посрамим!» и т.п. Но при этом Ворошилов прислал два горнострелковых батальона и обещал еще два полка подкреплений, которые должны были сосредоточиться у ст.Суорярви (это в 100 км восточнее описываемых событий).
Все это время правофланговый полк 71сд – 126сп – ведет свою собственную отдельную войну в десятках километрах севернее основного направления атак противника, прикрывая дорогу Куолисма-Поросозеро-Медвежьегорск. Здесь пока без особого успеха наступает финская кавалерийская бригада и батальон егерей. 126сп занимает оборону по фронту до 20 км, поэтому его оборонительная позиция вынужденно состоит из отдельных ротных опорных пунктов.
16.2. Развитие финского наступление вдоль восточного побережья Ладоги.
18 июля в бой под ст.Лоймола вступает, наконец, подкрепление, обещанное Ворошиловым – это 9-й мотострелковый полк. Принадлежность этого 9мсп точно установить не удалось: его нет ни в нумерации полков 1-й танковой дивизии, ни в 10-м мехкорпусе (танковые и мотострелковые соединения Северного фронта). Скорее всего, это формирования НКВД, у которого была собственная система нумерации частей. Ситуации в целом это пополнение не переломило, финские войска, взяв станцию Лоймола, упорно продолжали свое продвижение на юг к Ладожскому озеру, создавая тем самым второе, восточное кольцо полуокружения наших войск (71сд и 168сд). При этом на восток, помимо наступления немецкой 163пд на Суорярви, с 20 июля начинает наступление от северной оконечности Ладоги и часть сил финского VI армейского корпуса - по дороге на Вохтозеро-Пряжа (дорога на Вохтозеро-Пряжа расположена южнее направления оз.Янис-ярви-Суорярви на 20-30 км). В этом районе наших войск практически не было.
22 июля части финского VIак после взятия станции Салми на восточном побережье Ладоги доходят вдоль по берегу до г. Мансила, расположенного на старой советско-финской границе. По указанию штаба Северного фронта в районе Мансила в тылу финских войск на побережье и близлежащих островах высаживается десант с помощью кораблей Ладожской флотилии. Морской десант пытается разгромить передовые финские подразделения и задерживает дальнейшее продвижение противника по восточному побережью Ладожского озера по направлению к реке Свирь. Тяжелые бои продолжались здесь до начала августа.
На западном побережье Ладожского озера финские войска переходят в наступление 31 июля. Им противостоят части 168сд и 142сд (23-й армии). При этом 168сд с 21 июля передана в 23 армию, так как оказалась к этому времени фактически отрезанной от штаба своей 7-й армии. Командарм-7 требует маршевых пополнений для восполнения все возрастающих потерь – не менее 2000 человек, из них 1500 под Суорярви и целый полк для 168сд. С 23 июля в боях на восточном берегу Ладони начинает упоминаться 7-й мотоциклетный полк (прибыл из-под Выборга из состава 10 мехкорпуса) и 3-я бригада морской пехоты Балтфлота в составе трех батальонов, артдивизиона и отдельных рот усиления. Указанные части вместе с 452 мотострелковым полком из 198 мсд 10-го мехкорпуса составили Олонецкую Оперативную группу – войск набралось на полноценную дивизию. Финны наносят удар во фланг этой группировке и наши войска, избегая окружения, вынуждены отступить еще южнее к реке Тулокса. Сюда же 25 июля прибывает 3-я Ленинградская дивизия народного ополчения двухполкового состава всего в количестве 8500 человек л/c с приданным артдивизионом (без одной батареи). Дивизию для Олонецкого направления выделил из фронтовых резервов сам Ворошилов. Судьба этой слабовооруженной и неподготовленной к боям дивизии была трагичной, как и всех формирований народного ополчения. Соотношение сил на востоке Ладоги меняется и становится практически 1:1.
Из ЖБД-7: «Противник с помощью авиации и танков (к танкам и авиации у противника мы еще вернемся) ведет наступление в восточном направлении». Это уже направление на Петрозаводск. Враг атакует повсюду и непрерывно. Одна колонна финского VIак продолжает наступательные действия вдоль дорог по восточному берегу Ладоги (от реки Тулокса к реке Свирь), другая начинает атаковать восточное направление через Вохтозеро на Пряжу (в Пряже находится штаб 7 армии). В боях с этой колонной участвует 24-й мотострелковый полк (это 24мсп 24-й танковой дивизии 10-го мехкорпуса), переброшенный сюда из-под Выборга, где все еще относительно спокойно, и некий истребительный отряд – местное слабовооруженное ополчение. Здесь же и 10-й стрелковый полк, переформированный из 131 запасного полка.
Севернее, вдоль дороги Лоймола-Суорярви наступает немецкая 163пд (без одного полка), это продвижение сдерживается остатками 367сп 71-й дивизии и 230 артполка. На помощь немцам финское командование отправляет батальоны егерей и самокатчиков (солдаты на велосипедах), которые в который раз обходят по лесам наши позиции с флангов и 26 июля перерезают южнее озера Сямозеро железную дорогу от Суорярви на восток – на Эссбила-Петрозаводск. Советское командование формирует здесь Петразаводскую Оперативную группу (группа генерала Антонюка) в составе: 24 мсп, 10-й зап.сп, истребительный отряд, два танковых батальона из 2-го танкового полка 1-й тд и бронепоезд.
16.3. Попытка контрнаступления на ст. Лоймола.
Еще 19 июля в Петрозаводске из эшелонов 1-й танковой дивизии, направлявшейся из-под Алакуртти на Ленинградское направление, приказом Ворошилова был выделен весь 2-й танковый полк 1-й тд. Сколько в этом танковом полку оставалось боеспособных танков можно оценить только приблизительно. Если из 350 единиц, прибывших под Алакуртти (на всю дивизию) в боях на Кандалакшском направлении было безвозвратно потеряно 34 машины, подбито и вышло из строя по техническим причинам 65 танков и, к тому же оставлено в распоряжении 14 армии еще порядка 30-40 единиц, то на каждый танковый полк в остатке приходится по 135 танков, а на каждый из трех танковых батальонов выходит, в среднем, по 45 машин. Один танковый батальон был направлен в Суорярвскую ОГ, а два в Петрозаводскую.
Линия фронта здесь имела очаговый характер, советские и финско-немецкие части располагались не по традиционным понятиям «фронтом на запад, или восток», а, будучи в тылу друг у друга, имели, зачастую «перевернутый фронт». Так, на Петрозаводском направлении финны, продвинувшиеся к концу июля уже почти до Петрозаводска, имели у себя в глубоком тылу все еще сражающийся наш «Суорярвский выступ». И этот «выступ» не позволил финнам развернуть с ходу широкое наступление на Петрозаводск.
Два советских танковых батальона под Пряжей (узел дорог ближе к Онежскому озеру) сразу были брошены в бой в наступление с задачей отбить станцию Лоймола (еще одна «кость в горле» у советского командования), но это уже в 150 км восточней Пряжи – как могли танки по лесам отбить эту станцию непонятно в принципе. Ворошилов лично руководил операцией. Танковый удар (серьезная сила – до 80 танков) поддерживали целых три мотострелковых полка НКВД. Что из себя представлял «мотострелковый полк НКВД» не совсем понятно – скорее всего, это была наспех сооруженная конструкция из неприспособленных к боевым действиям с вооруженным противником чекистов. Но, судя по приставке «мото-», разъезжающих на автотранспорте. Так, например, по данным из [ ] Ростовский полк НКВД насчитывал 2254 человек л/c, имел роту танков (каких именно не указано, но, скорее всего, все тех же пулеметных танкеток П-37/38), при этом всего две артбатареи и 220 единиц автотехники – то есть, передвигались моторизованные чекисты автотранспортом, в отличие от простой пехоты. Силы собрались, на первый взгляд, серьезные: противостоящие этим войскам части финской 5пд и егерской бригады были обречены на поражение, но и в этом случае «что-то пошло не так».
Наступление началось 23 июля силами пока только одного танкового батальона и одного полка НКВД. Но оборона финнов оказалась устойчивой к танковым атакам. Сказался опыт Зимней войны, когда советские танки и бронемашины на узких лесных дорогах становились легкой добычей подвижных финских противотанковых 37мм пушек, противотанковых гранат, ПТР и бутылок с горючей смесью («коктейль против Молотова»). Уж не отсюда ли пошла вынужденная «мода» на бутылки и ПТР с осени 1941 во всей Красной Армии? Наступление захлебнулось. Через несколько дней в начале августа к Петрозаводской ОГ присоединили 272 стрелковую дивизию и вновь танки были брошены в атаку в лес на врага и с тем же результатом. «Ошибки и неумение опыта войны танками в лесу без налаженного взаимодействия с пехотой» - так записано в [ ] и еще: «Не умели грамотно распорядится танками». Танки «испарялись» десятками. А, значит, до войны вопросы эти не отрабатывались. К 20 августа 2-й танковый полк был вынужденно расформирован, остатки его свели в два батальона – 51отд.тб и 106отд.тб - их передали «на баланс» в 7-ю армию. И только 1-й танковый полк 1-й Краснознаменной танковой дивизии добрался до Ленинграда, где участвовал в боях, а 2-йтп и мотострелковый полк этой дивизии «растворились» в карельских дебрях. В ЖБД-7 эта неудачная попытка наступления с помощью танковых батальонов описана так: «Подразделения Антонюка усилены танками 2/24 мотополка, усиленный 20-ю танками и 4-мя бронеавтомобилями, в районе Кукозеро встретил сильное сопротивление; 2/24 потерял до 50% пехоты (!-авт.), 4 танка, 2 БА и отошел...».
Ситуация в Южной (Олонецкой) ОГ в эти дни в ЖБД-7 описывается так: «Военный совет приказывает принять решительные меры борьбы с фактами трусости, паникерства и ухода с поля боя. Приговоры трибуналов приводить в исполнение немедленно. Расстреляйте перед строем наиболее злостных дезертиров. Разъяснить, что трусам, паникерам, дезертирам, предателям Родины (интересная оговорка – Родины, а не Родине) не будет пощады». Подобных приказов мы не видели в войсках 14 армии. Дела, значит, обстояли, совсем плохо. Обратим внимание: «расстрелять наиболее злостных дезертиров» значит, явление стал массовым и расстреливать всех подряд стало уже «экономически невыгодно». Судя по тону приказа, негативные явления были массовыми и это всего через месяц войны. Интересно, были ли у финнов дезертиры и предатели и сколько их расстреляли перед строем? Напомним, что изначально 71сд во многом формировалась из лиц финской национальности.
Командарм-7 в своем очередном приказе с горечью констатирует: «Бои за 23-26 июля показывают, что на всех участках инициативу захватил противник, разведка ведется плохо, действий в тылу врага не создается». А ведь силы сторон, благодаря прибытию на фронт все новых и новых частей Красной Армии практически сравнялись. Трехкратное преимущество противника растаяло, но он продолжал успешное наступление на всех участках. Вот что значит владеть инициативой!
Олонецкая (Южная в некоторых документах) и Петрозаводская Оперативные группы состояли в конце июля-начале августа 1941 года из следующих частей: 71сд – два полка – 52сп и 367сп, 131 (10-й) запасной сп, истребительный батальон, остатков двух погранотрядов – 80ПО и 3ПО, 3-й бригады морской пехоты, 3-й ЛДНО (дивизия ополчения), 7-й мотострелковый полк 10-го мехкорпуса, 452 мсп из 198мсд 10-го мехкорпуса, 24-й мотострелковый полк 24тд 10мк, 2-й танковый полк 1-й тд, три полка НКВД. Итого10 полков, бригада и ополченческая дивизия, или же примерно 5 расчетных дивизий. Со стороны противника наступали немецкая 163пд (без одного полка), финские 11пд, 5пд, егерская бригада, 17пд, 1-я пд. Итого те же 5 дивизий, также ослабленных предыдущими боями, как и наши. Но вот только командование врага не рассылало в дивизии приказов о трибуналах и расстрелах, а занималось своим непосредственным делом – планированием операций. Складывается впечатление, что у финнов наступал некий сплоченный монолит, а нас против них – разношерстное лоскутное одеяло, сотканное из остатков разных частей и кое-как наспех сколоченных подразделений – лишь бы дыры залатать. При этом обязательное неумелое и беззубое «тыканье» в финскую оборону с большими потерями, а в ответ – вечные обходы и охваты с флангов, «противоядия» от которых так и не нашли.
Растерянность и слабую компетентность нашего командования первого и особенно начального периода войны подчеркивает факт постоянного и хаотичного перетасовывания подчиненных частей в попытках противостояния энергичному и непредсказуемому напору противника. Судите сами, например, из 198мсд 10-го мехкорпуса (это западный берег Ладоги) танковый полк дивизии – 146тп – переброшен в начале июля под Ленинград, а вместо него прибывает 41тп 21тд 10мк (при этом остальные части 21тд остаются под Ленинградом). В шахматах эта комбинация называется «рокировка в длинную сторону». 24мсп 24-й танковой дивизии 10-го мехкорпуса (из-под Выборга) передан в 7 армию. Из 198мсд в начале июля 452мсп отправлен на Олонецкое направление (то есть, дивизия пребывает на западном побережье Ладоги, а один из ее полков – на восточном). Другой полк той же дивизии – 450мсп – убыл под Ленинград. В 198мсд из «родных» частей остается только 704 артполк и все штатные дивизионные подразделения, но добавился «чужой» 41 танковый полк. Какая может быть в таких условиях управляемость и боевая слаженность?! Также были растасканы (иного слова не подберешь) в разные армии даже фронты обе танковые дивизии 10-го мехкорпуса 23-й армии (об этом далее): 7-й мотоциклетный полк оказался в Олонецкой ОГ вместе с 452мсп 198мсд и 3-й бригадой морской пехоты – все это впоследствии стало 67-й стрелковой дивизией.
16.4. Бронетанковые войска и авиация на Ладожско-Онежском перешейке.
Теперь попробуем оценить действия и потери бронетанковых сил финнов и РККА за июль 1941 года на Петрозаводском и Олонецком направлениях. Судя по данным из [ ] («Бронетанковые силы Финляндии») единственные «броневой ударный батальон» финской армии наступал как раз на данных направлениях, в основном, по восточному берегу Ладоги. При этом несколько совсем уж «ржавых корыт» в виде легких французских танков времен Первой мировой войны несли охранную службу в тылу. Всего в финском танковом батальоне было около 80 танков, в основном, советского производства Т-26, БТ и ОТ (огнеметные) в различных вариантах. Кроме того имелось 22 также трофейных наших бронеавтомобиля и 42 (!) плавающие танкетки ПТ, которые были распределены между армейскими корпусами как связные, дозорные и разведывательные машины. У нас таковых танкеток по штату должно было быть по 16 единиц в каждой стрелковой дивизии. Бронетанковые силы РККА на этих направлениях имели к концу июля порядка 135 танков (таких же Т-26 и различных БТ и даже несколько КВ) под Ведлозером, Пряжей и Семозером – это уже упоминавшийся 2-й танковый полк 1-й танковой дивизии, задержанный здесь по приказу Ворошилова для проведения наступательной операции на ст.Лоймола. Как этими силами распорядились мы уже писали чуть выше: произошло распыление единого ударного кулака на подвижные огневые точки по лесам и чащам с последующим их неизбежным уничтожением из засад. К концу августа 2-й танковый полк ввиду малого количества оставшихся в строю танков был расформирован, а из его остатков, как уже говорилось, организовали два отдельных танковых батальона, получивших еще несколько новых тяжелых КВ из Ленинграда. Судьба этих батальонов также оказалась незавидной: из переписок по всем ссылкам и форумам им посвященным следует, что 51отб почти полностью погиб в боях за Петрозаводск, а остатки 106отб в конце года переформировали в 48отб. Легкие танки с противопульным бронированием и пушкой 45мм никак не годились ни для прорыва по лесным тропам финской обороны, ни для отражения атак врага, так как фугасно-осколочное действие малокалиберных снарядов крайне незначительно и неэффективно. Легкий танк – это особый инструмент для рейда по тылам противника, это машина-терминатор для нарушения коммуникаций, уничтожения складов и штабов и создания паники в тылу. Чем собственно и занимались немецкие танкетки и легкие танки Т-I и T-II, чешские T-38, средние танки T-III после прорыва советской обороны в 1941-1942 гг.
Что касается финской «танковой армады». На рабочих картах дивизий, 7 армии и Северного фронта, выложенных на сайте pamyat-naroda.ru, этот танковый батальон обозначен как «танковая бригада». К сожалению, сами эти карты не удается скачать в приемлемом качестве, но любопытствующие могут легко их найти на указанном сайте самостоятельно, набрав в поисковике номер интересующей части или соединения. Так вот, финны не только сохранили боеспособность своего танкового батальона (его не бросали в самоубийственные атаки на противотанковую оборону по лесным тропам), но за счет брошенных, подбитых и восстановленных танков 1тд 1-го мехкорпуса и 10-го мехкорпуса они создадут в начале 1942 г. свой второй танковый батальон, затем танковую бригаду, а летом того же года даже дивизию, правда, с помощью поставок из Германии немецких и трофейных советских танков.
По поводу действий ВВС сторон в первые недели войны на данном направлении добыть каких-либо конкретных данных не удалось. Ограничимся общими фразами, что существенного влияния на общий ход боевых действий авиация не оказала. И наши, и финны ограничивались ведением авиаразведки, с редкими налетами одного-двух звеньев бомбардировщиков и штурмовиков (а то и отдельных самолетов) на позиции противника. Запись в ЖБД-7 от 21 июля: «Самолеты противника группами атаковали наши части на Сортавальском направлении (Сортавала – порт в северном «углу» Ладоги) и бомбардировали Петрозаводск. О действиях ВВС армии сведений нет». Сведений нет у командования 7 армии, а у нас тем более. Базировавшийся на аэродромы Бессовец и Гирвас (это в районе Петрозаводска) 72сап из 55сад после потери едва ли не трети бомбардировщиков СБ (увы, как правило, с экипажем из трех пилотов) в превентивных налетах на Финляндию, начиная с утра 25 июня, далее какими-либо подвигами в боевых документах 7 армии не отмечены. В ЖБД-7 основным требованием к собственным ВВС в виде 55сад было ведение авиаразведки. Отдельные целеуказания на скопления войск противника не могли привести к эффективному воздействию нашей авиации из-за большой разницы во времени реагирования: оперативной связи передовых частей армии непосредственно с авиаполками не было (как и во всей РККА).
В 55сад с начала войны входили только два полка: 72бап (34 самолетов СБ) и 155иап (33 И-16), но, начиная с 19 июля сюда прибывает три эскадрильи (это 27-36 самолетов) штурмовиков И-153бис из 65шап, с начала июля под Петрозаводск прибыл 197иап из 17 самолетов И-153 и 119 отдельная разведэскадрилья – правда, всего 5 разведчиков на базе СБ. Итого к концу июля группировка ВВС на Петрозаводском направлении насчитывала около 120 самолетов (сколько из них боеготовых – неизвестно). В сентябре в состав 55сад входит 31скабп из 19 самолетов Пе-2, а к концу года еще и 524иап на И-16 (количество неизвестно). Этим 120 самолетам финны могли противопоставить 5 эскадрилий своего «разношерстного и разноплеменного» набора истребителей, штурмовиков, разведчиков и всего 12 бомбардировщиков английского производства «Брюстер». На Петрозаводском направление периодически действовали и оставшиеся в распоряжении командования финских ВВС десять «Брюстеров» из всей этой «английской команды» в 22 машины.
Финская эскадрилья по штату насчитывала 27 самолетов, что сопоставимо с нашим авиаполком. Итого финнам удалось сосредоточить на данном направлении около 140 самолетов против 120 наших. Учитывая большую аварийность нашего авиапарка, хронические затруднения со своевременным ремонтом и общим некачественным аэродромным обеспечением превосходство в воздухе сложилось в пользу финских ВВС. К тому же люфтваффе периодически оказывало своему союзнику воздушную поддержку: в ЖБД-7 есть запись о сбитых Ме-109, которых в июле у финнов на вооружении не было. Катастрофическое развитие событие на основных фронтах летом 1941 не позволило советскому командованию сколь либо заметно усилить группировку ВВС в Карелии. С учетом того, что финны отчитались за июль о 22 сбитых ими наших самолетах – насколько это соответствует действительности – большой вопрос (о своих потерях не сообщается), то превосходство в воздухе окончательно перешло к ним. Хотя общее незначительное количество бомбардировщиков в финских ВВС не позволило им оказать заметного влияния на ход военных действий – все

Автор -
Дата добавления - в
Форум » Реальный мир » Социальная тема » Продолжение Истории второй советско-финской войны, гл.16. (Бои в июле 1941 на Петрозаводском направл.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:
Загрузка...

Реклама Статистика
Яндекс цитирования
Copyright © автор идеи: OgneV; дизайн: Plotnick (2009-2020); Сайт управляется системой uCoz