[ Литературные клубы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Plotnick  
Форум » Реальный мир » Социальная тема » История второй советско-финской войны 1941-1944 гг. гл.20. (Поражение на Карельском перешейке)
История второй советско-финской войны 1941-1944 гг. гл.20.
studenhДата: Пятница, 03.04.2020, 18:58:10 | Сообщение # 1
Буква
Группа: Новые участники
Сообщений: 8
Статус: Offline
Глава 20. Выборгский разгром.
Непосредственно за безопасность Карельского перешейка на Ленинградском направлении отвечал 50 стрелковый корпус в составе двух дивизий (43сд и 123сд) и нескольких артполков (их количество постоянно изменялось в сторону уменьшения). Эти соединения простояли практически без движения до 20 августа в ожидании неизбежного, как тогда казалось, наступления финнов по кратчайшему направлению на Ленинград - через новую границу, через Выборгский укрепрайон, через бывшую линию Маннергейма, через укрепления на старой госгранице... Но, когда наше командование дождалось этого наступления, то обнаружило к тому времени у себя в тылу второй армейский корпус армии Финляндии из четырех пехотных дивизий, которые разгромили к тому времени соседний 19 стрелковый корпус. Дальнейшие события развивались стремительно. Продолжим освещать их по сложившейся ранее традиции – по действиям отдельных дивизий и полков.
20.1. 43 стрелковая дивизия под Выборгом в 1941 году.
Правофланговая 43 стрелковая дивизия. Командир – генерал-майор Кирпичников, получивший широкую известность благодаря пленению его вместе со всем штабом в августе 1941 года, но мы забегаем вперед. Дивизия занимала участок обороны вдоль границы протяженностью 29 км, имея при этом значительно ослабленный состав. Один из стрелковых полков (181сп) был выведен в резерв армии, из 65сп один батальон был также выведен в армейский резерв, этот полк действовал совместно с 200-м артполком. Третий стрелковый полк (147сп) дивизии занимал оборону при поддержке 162 артполка. Итого в дивизии оставалось на начало боевых действий всего 5 стрелковых батальонов из 9 положенных по штату. Но дивизия в то же время была усилена двумя дивизионами 101-го гаубичного полка РГК (24 гаубицы-пушки МЛ-20 на механической тяге). Кроме того, как писал Кирпичников в свою бытность в финском плену, из его дивизии постоянно отвлекали отдельные подразделения от роты и даже до полка «для затыкания дыр на прочих участках Карельского фронта, в результате чего 43сд к началу финской атаки под Выборгом не досчиталась еще 2000 человек л/c» [ ]. Так что дивизия к началу «своей» войны по силе едва соответствовала бригаде.
43сд вступила в бой одной из первых на Севере – еще 29 июня, и это были уже упоминавшиеся ранее события под Энсо. Но с 3-4 июля вплоть до 31 июля финны дивизию практически не беспокоили, если не считать вылазок разведгрупп и артиллерийско-минометных обстрелов, чем, собственно, занималась и наша сторона. А вот 31 июля правый фланг дивизии вместе с левым флангом 115сд попал под удар финского IV армейского корпуса, который, как это было принято у финнов (и у немцев) ударил в стык между дивизиями и даже – так уж получилось – между стрелковыми корпусами. Правый фланг дивизии вынужденно был «загнут по часовой стрелке», попытки восстановить положение ударом по центру позиции вдоль шоссе от Выборга к новой границе результата не дали. Но зато после первых боестолкновений финны оставили в покое 43сд, как и ее соседа слева - 123сд. Все это время командование 50 стрелкового корпуса безучастно наблюдало, как финны громят весь правый фланг 23 армии, дожидаясь своей очереди на заклание. Кирпичников по этому поводу писал вот что: «Сведения об общей обстановке на фронте (у соседей – авт.) в дивизию поступали крайне редко – то есть никакой ориентации в пространстве – да и то с опозданием на двое суток, а посему, чтобы быть в курсе событий я беспрерывно посылал делегатов связи к соседям».
К 20 августа финский II армейский корпус, наступая с севера на юг, преодолел Вуоксинскую водную систему и оказался в тылу 50-го корпуса в 13 км восточнее Выборга. Одновременно 21-22 августа с запада на Выборг перешел в наступление финский IVак. Обеим дивизиям 50-го корпуса РККА пришлось воевать перевернутым фронтом на восток и, одновременно, на запад. Из штаба армии 50-му корпусу поступил приказ: уничтожить все укрепления на границе (это что больше года строили) и отходить к Выборгу. Уже к 25 августа финские части, наступающие на Выборг с востока, перерезали железную дорогу Выборг-Ленинград, а на следующий день и шоссе. Навстречу нашим отступающим частям со стороны Ленинграда была брошена в бой 5-я бригада морской пехоты (морская пехота – это только громкое название, как правило, это необученные пехотному бою и плохо вооруженные подразделения, сформированные из «лишних» людей с экипажей кораблей, в основном, из л/c вспомогательных береговых частей). Прорвать кольцо окружения они не смогли (бригада состояла всего из 2 тысяч бойцов). Окруженные части 50ск к тому времени уже теряли управление, координацию усилий и взаимодействие и не смогли сосредоточиться в должной мере для удара изнутри котла навстречу деблокирующей группировке.
Разрозненные части 43сд и 123сд были вынуждены смещаться на юг к побережью Финского залива, ища там спасения. Ситуация уже становилась для наших войск катастрофической, когда финское командование проводит совершенно неожиданную операцию по переброске целой пехотной дивизии (8пд) с западного побережья Выборгского залива на восточный. При этом в течение 1-2 дней форсируется водная преграда шириной в несколько километров. Наши пытались сбросить в море первые высадившиеся десанты противника, но финнам удалось зацепиться за берег. Затем, постепенно наращивая свою группировку, они переходят в общее наступление еще и южнее Выборга, перерезая пути отхода нашим окруженным частям к побережью.
В окружение, названном «котел у Порлампи» (по имени близлежащей деревни), попали помимо 43сд совместно с двумя дивизионами 101гапРГК еще и два батальона 272сп из 123сд, весь их обоз и тыл, и остатки 115сд. Довольные финны писали в своих донесениях: «...Вражеские силы практически идеально перепутались» [ ]. В той же заметке были отмечены финнами и «сильные контратаки с участием танков». 30 августа финны говорят об ожесточенных боях с русскими, пытающихся вырваться из котла. 31 августа: «Не сумев прорваться к побережью, враг стал мелкими группами уходить на юг в леса. Некоторые подразделения продолжали оставаться в котле, оказывая упорное сопротивление. Основная часть живой силы (это финны о нас – авт.) все же ушла, просочилась».
Наши окруженные части оказались на открытой местности, вся техника и тяжелое вооружение столпились в гигантской пробке на единственной дороге, по которой финны вели непрерывный обстрел из орудий и минометов. В общем, еще одна мясорубка. На фотографиях финских корреспондентов, сделанных в котле под Порлампи, видны бесконечные колонны разбитой и целой техники, автомашин, орудий, повозок, автобусов, бронеавтомобилей, даже танков. Брошенные кони мирно щиплют травку между тел убитых красноармейцев, которые, к счастью, не навалены грудами, а лежат отдельными одиночными холмиками. Все же, основная масса людей сумела спастись от немедленной смерти, но позднее, наверняка, попала в плен – см. выше протоколы допросов смершевцами бывших военнопленных.
1 сентября генерал Кирпичников отдает приказ о прекращении сопротивления (может, этот приказ и остановил массовое безнаказанное убийство финской артиллерией наших солдат, дав им возможность разбежаться) и сам сдается в плен. Он доживет в финском плену до 1944 года, после обмена пленными его заберут на Лубянку, но расстреляют только в 1950 году. Тогда же была расстреляна еще пара десятков генералов, побывавших в плену (которые повели себя «некорректно»), или под очередным следствием. Видно, что-то лишнего наговорил Кирпичников финнам о советской власти. По заказу финского генштаба Кирпичников пишет в плену несколько эссе на интересующие их (и немцев) темы. В том числе «Причины неуспехов Красной Армии». Приведем цитату из этого труда, которая в какой-то мере поможет понять причины катастроф 1941 года.
«1. Пытались перенести организацию и метод действий немецких войск, без учета того, что мы не немцы... На картах цветным карандашом, без войск, реальной местности и противодействия противника получалось не так уж плохо. Комроты, в большинстве своем младшие лейтенанты, бывшие (до Зимней войны – авт.) младшие командиры, перед войной окончившие краткосрочные курсы, и после войны, ввиду больших потерь, выдвинутые на комроты.
2. а) незнание уставов и наставлений,
б) незнание организации и вооружения роты,
в) незнание компаса и неумение работать с картой и т.д.
Командиры взводов, прибывшие из военных училищ к началу войны, выглядели гражданскими людьми в военной форме, абсолютно без какой-либо практики. Вот и получилось, что младший лейтенант командовал ротой, а лейтенанты взводами.
3. Большая централизация в вопросах, требующих немедленных мероприятий (все надо было согласовывать, что рождало безынициативность - авт.)»
20.2. 123 стрелковая дивизия под Выборгом в 1941 году.
Судьба 123сд тесно связана с «мучениями» 43сд того же 50-го стрелкового корпуса 23 армии РККА. Состав дивизии: стрелковые полки: 245сп, 255сп, 272сп; артиллерийские: 323ап, 495гап. Дислоцировалась эта дивизия также вблизи границы, занимая, в том числе, недостроенный укрепрайон. Участок обороны был ей выделен громадный – 50 км по фронту, от берегов Финского залива до стыка с 43сд, но!.. Здесь же располагались два погранотряда (33ПО и 5ПО), а главное – было на что опереться в обороне: наличествовали бетонные доты, подготовленные линии траншей, минные и проволочные заграждения вдоль границы, которая была реально «на замке» и финнов здесь поджидали с изрядной долей оптимизма, ничто не предвещало особой тревоги. Но опять события развивались планам вопреки.
Сохранился журнал боевых действий 123сд (ЖБД-123), толково составленный безвестным штабным офицером [ ]. Далее мы будем периодически ссылаться на этот документ и цитировать наиболее интересные фрагменты.
Факт объявления Финляндией войны Советскому Союзу 25 июня 1941 года в этом журнале традиционно никак не отражен. Весь июль-месяц на фронте 123сд ничего существенного не происходило, войска занимались боевой подготовкой и укреплением обороны. Интересна, пожалуй, запись от 9.07: «Поднят наш аэростат для корректировки артогня. Он охраняется пятеркой наших истребителей. Но, когда наши истребители ушли, появился финский самолет и поджег аэростат. Наши два корректировщика выбросились с парашютом и остались живы». Загадочен сам по себе факт охраны аэростата истребителями, которые могли посвятить этой работе не более 20 минут.
4 августа в дивизию пришел приказ о наступлении. Имелось в виду совместное выступление с частями 43сд вдоль шоссе от Выборга в направлении госграницы, проводимое с целью отвлечь внимание финнов от более угрожаемых участков на правом фланге 23 армии (и на Петрозаводском направлении). Наступление это привело в итоге к продвижению частей 123сд всего на 100-200 метров (!) с последующим быстрым откатом на исходные позиции. Автор ЖБД с горечью констатирует: «...выход 1-2 человека (имеется в виду противника – авт.) на фланг подразделений считалось окружением» (вот уровень боевой подготовки – авт!). И далее: «Командиры подразделений не могли ответить на вопрос, где точно находится его подразделение, и кто перед ним действует... на минных полях потеряно 7 танков». Это пишет не плененный генерал Кирпичников в финском плену, а штабной офицер сражающейся дивизии РККА. Наступать в 1941 году, похоже, у нас не умели нигде.
Все тот же Кирпичников писал, что созданными перед войной мехкорпусами и танковыми дивизиями управляли только по карте, его дивизия была подобием рабочей команды из-за обилия строительных, хозяйственных и сельхозработ, для тактических занятий на местности, а тем более отработки взаимодействия с соседями, или, паче чаяния, с авиацией времени не оставалось, разве что только на партполитработу. От автора: последние крупные учения различных частей РККА состоялись в Белорусском военном округе еще в 1936 году, и то всего лишь на уровне трех стрелковых и кавалерийских корпусов, нескольких танковых бригад с привлечением авиации (общая численность войск 85 тысяч человек, что соответствует рядовой «номерной» армии времен Великой Отечественной), и учения эти вскрыли большие недочеты в боевой подготовке войск и уровне управления войсками. За несколько лет, прошедших с той поры до начала Великой войны, мало что, как видим, изменилось.
По мере продвижения финнов к Вуоксе, а также и после ее форсирования из обеих дивизий 19ск вышестоящим командованием постоянно отбирались целые батальоны и артбатареи для латания «дыр» в разваливающейся обороне правого фланга 23 армии. К 20 августа из девяти стрелковых батальонов в распоряжении 123 дивизии оставалось всего шесть, также дивизия лишилась и обеих приданных ей погранотрядов. Так и не вступив в бой на предназначенных ей рубежах у границы, 21 августа дивизия получает приказ на отход к Выборгу и за Выборг – возникла явственная угроза окружения с востока. При отходе были взорваны доты и дзоты нового укрепрайона, а также «сожжено 30 населенных пунктов» [ ]. Не совсем понятно, зачем было их уничтожать, ведь приказ «о всесожжении», обоснованный созданием неудобств для размещения войск противника в зимних условиях поступит только поздней осенью. О судьбе жителей этих населенных пунктов не сообщается.
Финны толи «проморгали» снятие с позиций целой дивизии, толи не сочли необходимым и возможным вести преследование отступающих: мешок восточнее Выборга уже был ими запланирован и ждал свою добычу. «Отход дивизии оказался для противника внезапностью» - так указано в ЖБД дивизии от 23 августа. 25.08 дивизия участвует в попытке наступления фронтом на восток (это уже в районах восточнее Выборга), но, как записано в ЖБД «...на исходный рубеж выходили с боем» - то есть, чтобы сосредоточить хоть какие-то силы для атаки, приходилось отбиваться от наседающих с севера финнов. Вместо контрнаступления получился добровольно-вынужденный заход в мышеловку, так как в тот же день финны начали высаживать свою 8 пехотную дивизию на южном фланге 50ск. С юга, преодолевая разрозненные попытки сопротивления отдельными ротами, котел замыкала финская 8пд, а с севера – 12пд и 4пд.
26 августа противник с северо-востока перерезает железную дорогу в 15 км юго-восточней Выборга и устремляется навстречу своей 8пд. 27 августа 123 дивизия оказывается в полном окружении. Кроме штаба дивизии, который, как это и положено штабу, успел выскочить с помощью танка Т-34 («тридцатьчетверок» было всего 6 единиц в придачу к 15 легким танкам, оставшимся на вооружении приданного дивизии танкового батальона). 29 августа противник достигает берегов Финского залива – все! У штаба дивизии сохранилась связь только с одним полком (255сп), судьба прочих частей оставалась неизвестной. 30 августа вдоль Выборгского шоссе (это уже за линией фронта) к Ленинграду потянулись разрозненные и малочисленные группки по 3-5 человек наших солдат. Матчасть и имущество 123сд и других частей и соединений левого фланга 23 армии были брошены, часть техники уничтожалась огнем собственных орудий [ ]– картина апокалиптическая – своими руками! К станции Терийоки у старой границы (на берегу Финского залива) выходят потерянные и растерянные бойцы, финны лениво постреливают им вслед.
Финны хвастают большими трофеями (согласно отчету 8пд [ ]): 143 орудия калибром свыше 152 мм (это наши знаменитые гаубицы, но количество какое-то неимоверное, их столько и не было), 66 пушек ПТО, 60 дивизионных пушек калибром 76мм, 51 танк (пятьдесят один – вы не ослышались!) – много поврежденных, но их или починят, или пустят на запчасти, 645 автомобилей, 120 тракторов (таскать трофейные гаубицы), 1450 лошадей и даже один самолет (какой именно не указано). Об общем количестве пленных четко не говорится, но вот в котле под Порлампи наших попало в плен 3000 человек и тысяча была убита при безответном и беспощадном обстреле в чистом поле в том самом котле из всех видов оружия. В работе [ ] говорится об общих потерях трех наших дивизий – это 43сд, 115сд и 123сд – в окружении под Порлампи: убитыми 7000 человек, попавшими в плен 9000 человек. Потери финнов в их отчете также приблизительны и вряд ли истинны: в [ ] говорится о 474 убитых только в 8пд в боях по окружению под Порлампи, а всего по трем финским дивизиям, участвовавших в этих боях в конце августа около 750 человек.
Для эвакуации вышедших на полуостров (остров) Койвисто остатков наших частей (у входа в Выборгский залив) в ночь на 2 сентября было послано три транспорта, один из которых подорвался на мине и затонул. Оставшиеся два корабля погрузили около 6 тысяч человек и перевезли их в Кронштадт. Вышедшие позднее на побережье бойцы не были брошены на произвол судьбы на островках Выборгского залива, а также вывозились катерами вплоть до конца ноября (до ледостава) [ ].
31 августа штаб 123сд расположился в дачном поселке Куоккала на берегу Финского залива (в 20-25 км северо-восточней Ленинграда) и занялся сбором выходящих из окружения людей и сколачиванием из них боевых подразделений. Эти части занимали укрепления по старой границе вместе с другими вновь прибывшими на это направление. Ввиду катастрофического и неожиданного развития событий и нарастания непосредственной угрозы Ленинграду с севера с южного участка Ленинградского фронта, где также в эти дни складывалась напряженная обстановка, тем не менее, сюда, на Карельский перешеек, перебрасывается 291сд. На линии укреплений старой границы в межозерном дефиле в оборону становятся (с севера на юг) 142сд, 43сд, 123сд, 198сд, 265сд (в резерве) и 291сд, соответственно пополненные и довооруженные. Помимо этих дивизий в оборону становится 1-й Дзержинский полк народного ополчения, отдельный Особый батальон морской пехоты, отдельные танковые батальоны (46отб, 106отб, 107отб). При этом все выдвинутые сюда части и соединения побывали в тяжелых боях, а моряки не имели опыта войны на суше – в первом же бою ООБМП потерял половину состава. Финны вышли к полосе укреплений на старой советско-финской границе силами пяти дивизий двух пехотных корпусов.
Численный состав и вооружение стрелковых дивизий РККА в ходе войны постоянно менялись в сторону уменьшения. Так, дивизия в 8-10 тысяч человек л/с уже считалась полнокровной и это при наличии одного артиллерийского полка вместо двух и без полковой артиллерии, то есть огневая мощь дивизии сократилась почти втрое. В книге маршала Василевского есть свидетельство как он, будучи командующим 3-м Белорусским фронтом просил у Ставки перед штурмом Кенигсберга довести численность стрелковых дивизий до 3000-3600 человек [ ]. Вот так война меняла штатное расписание.
Немного о действиях ВВС. Они носили с обеих сторон спорадический характер, в основном, в целях разведки и корректировки артогня. О воздушных боях в ЖБД свидетельств не обнаружено, зенитным огнем советских сил ПВО было сбито несколько (именно пять) вражеских самолетов. Также отмечена гибель нескольких наших самолетов от воздействия ПВО противника.
На Карельском перешейке на участке, примыкающем к Финскому заливу, продолжались боевые действия относительно небольшими силами. Так, финны с 4 по 11 сентября, выполняя данное Кейтелю обещание активизировать свои действия на Ленинградском направлении, форсировали р. Сестра и захватили городок Белоостров. 22 сентября этот населенный пункт был отбит частями разных дивизий при огневой поддержке береговых батарей и фортов Кронштадта. Через три недели относительного затишья финны зачем-то пытались силами всего двух рот переправиться через р. Сестра, но были отбиты. После этого на старой советско-финской границе почти на три года вперед ничего существенного не происходило, а группировка советских войск постепенно сокращалась в пользу других участков и фронтов.
 
СообщениеГлава 20. Выборгский разгром.
Непосредственно за безопасность Карельского перешейка на Ленинградском направлении отвечал 50 стрелковый корпус в составе двух дивизий (43сд и 123сд) и нескольких артполков (их количество постоянно изменялось в сторону уменьшения). Эти соединения простояли практически без движения до 20 августа в ожидании неизбежного, как тогда казалось, наступления финнов по кратчайшему направлению на Ленинград - через новую границу, через Выборгский укрепрайон, через бывшую линию Маннергейма, через укрепления на старой госгранице... Но, когда наше командование дождалось этого наступления, то обнаружило к тому времени у себя в тылу второй армейский корпус армии Финляндии из четырех пехотных дивизий, которые разгромили к тому времени соседний 19 стрелковый корпус. Дальнейшие события развивались стремительно. Продолжим освещать их по сложившейся ранее традиции – по действиям отдельных дивизий и полков.
20.1. 43 стрелковая дивизия под Выборгом в 1941 году.
Правофланговая 43 стрелковая дивизия. Командир – генерал-майор Кирпичников, получивший широкую известность благодаря пленению его вместе со всем штабом в августе 1941 года, но мы забегаем вперед. Дивизия занимала участок обороны вдоль границы протяженностью 29 км, имея при этом значительно ослабленный состав. Один из стрелковых полков (181сп) был выведен в резерв армии, из 65сп один батальон был также выведен в армейский резерв, этот полк действовал совместно с 200-м артполком. Третий стрелковый полк (147сп) дивизии занимал оборону при поддержке 162 артполка. Итого в дивизии оставалось на начало боевых действий всего 5 стрелковых батальонов из 9 положенных по штату. Но дивизия в то же время была усилена двумя дивизионами 101-го гаубичного полка РГК (24 гаубицы-пушки МЛ-20 на механической тяге). Кроме того, как писал Кирпичников в свою бытность в финском плену, из его дивизии постоянно отвлекали отдельные подразделения от роты и даже до полка «для затыкания дыр на прочих участках Карельского фронта, в результате чего 43сд к началу финской атаки под Выборгом не досчиталась еще 2000 человек л/c» [ ]. Так что дивизия к началу «своей» войны по силе едва соответствовала бригаде.
43сд вступила в бой одной из первых на Севере – еще 29 июня, и это были уже упоминавшиеся ранее события под Энсо. Но с 3-4 июля вплоть до 31 июля финны дивизию практически не беспокоили, если не считать вылазок разведгрупп и артиллерийско-минометных обстрелов, чем, собственно, занималась и наша сторона. А вот 31 июля правый фланг дивизии вместе с левым флангом 115сд попал под удар финского IV армейского корпуса, который, как это было принято у финнов (и у немцев) ударил в стык между дивизиями и даже – так уж получилось – между стрелковыми корпусами. Правый фланг дивизии вынужденно был «загнут по часовой стрелке», попытки восстановить положение ударом по центру позиции вдоль шоссе от Выборга к новой границе результата не дали. Но зато после первых боестолкновений финны оставили в покое 43сд, как и ее соседа слева - 123сд. Все это время командование 50 стрелкового корпуса безучастно наблюдало, как финны громят весь правый фланг 23 армии, дожидаясь своей очереди на заклание. Кирпичников по этому поводу писал вот что: «Сведения об общей обстановке на фронте (у соседей – авт.) в дивизию поступали крайне редко – то есть никакой ориентации в пространстве – да и то с опозданием на двое суток, а посему, чтобы быть в курсе событий я беспрерывно посылал делегатов связи к соседям».
К 20 августа финский II армейский корпус, наступая с севера на юг, преодолел Вуоксинскую водную систему и оказался в тылу 50-го корпуса в 13 км восточнее Выборга. Одновременно 21-22 августа с запада на Выборг перешел в наступление финский IVак. Обеим дивизиям 50-го корпуса РККА пришлось воевать перевернутым фронтом на восток и, одновременно, на запад. Из штаба армии 50-му корпусу поступил приказ: уничтожить все укрепления на границе (это что больше года строили) и отходить к Выборгу. Уже к 25 августа финские части, наступающие на Выборг с востока, перерезали железную дорогу Выборг-Ленинград, а на следующий день и шоссе. Навстречу нашим отступающим частям со стороны Ленинграда была брошена в бой 5-я бригада морской пехоты (морская пехота – это только громкое название, как правило, это необученные пехотному бою и плохо вооруженные подразделения, сформированные из «лишних» людей с экипажей кораблей, в основном, из л/c вспомогательных береговых частей). Прорвать кольцо окружения они не смогли (бригада состояла всего из 2 тысяч бойцов). Окруженные части 50ск к тому времени уже теряли управление, координацию усилий и взаимодействие и не смогли сосредоточиться в должной мере для удара изнутри котла навстречу деблокирующей группировке.
Разрозненные части 43сд и 123сд были вынуждены смещаться на юг к побережью Финского залива, ища там спасения. Ситуация уже становилась для наших войск катастрофической, когда финское командование проводит совершенно неожиданную операцию по переброске целой пехотной дивизии (8пд) с западного побережья Выборгского залива на восточный. При этом в течение 1-2 дней форсируется водная преграда шириной в несколько километров. Наши пытались сбросить в море первые высадившиеся десанты противника, но финнам удалось зацепиться за берег. Затем, постепенно наращивая свою группировку, они переходят в общее наступление еще и южнее Выборга, перерезая пути отхода нашим окруженным частям к побережью.
В окружение, названном «котел у Порлампи» (по имени близлежащей деревни), попали помимо 43сд совместно с двумя дивизионами 101гапРГК еще и два батальона 272сп из 123сд, весь их обоз и тыл, и остатки 115сд. Довольные финны писали в своих донесениях: «...Вражеские силы практически идеально перепутались» [ ]. В той же заметке были отмечены финнами и «сильные контратаки с участием танков». 30 августа финны говорят об ожесточенных боях с русскими, пытающихся вырваться из котла. 31 августа: «Не сумев прорваться к побережью, враг стал мелкими группами уходить на юг в леса. Некоторые подразделения продолжали оставаться в котле, оказывая упорное сопротивление. Основная часть живой силы (это финны о нас – авт.) все же ушла, просочилась».
Наши окруженные части оказались на открытой местности, вся техника и тяжелое вооружение столпились в гигантской пробке на единственной дороге, по которой финны вели непрерывный обстрел из орудий и минометов. В общем, еще одна мясорубка. На фотографиях финских корреспондентов, сделанных в котле под Порлампи, видны бесконечные колонны разбитой и целой техники, автомашин, орудий, повозок, автобусов, бронеавтомобилей, даже танков. Брошенные кони мирно щиплют травку между тел убитых красноармейцев, которые, к счастью, не навалены грудами, а лежат отдельными одиночными холмиками. Все же, основная масса людей сумела спастись от немедленной смерти, но позднее, наверняка, попала в плен – см. выше протоколы допросов смершевцами бывших военнопленных.
1 сентября генерал Кирпичников отдает приказ о прекращении сопротивления (может, этот приказ и остановил массовое безнаказанное убийство финской артиллерией наших солдат, дав им возможность разбежаться) и сам сдается в плен. Он доживет в финском плену до 1944 года, после обмена пленными его заберут на Лубянку, но расстреляют только в 1950 году. Тогда же была расстреляна еще пара десятков генералов, побывавших в плену (которые повели себя «некорректно»), или под очередным следствием. Видно, что-то лишнего наговорил Кирпичников финнам о советской власти. По заказу финского генштаба Кирпичников пишет в плену несколько эссе на интересующие их (и немцев) темы. В том числе «Причины неуспехов Красной Армии». Приведем цитату из этого труда, которая в какой-то мере поможет понять причины катастроф 1941 года.
«1. Пытались перенести организацию и метод действий немецких войск, без учета того, что мы не немцы... На картах цветным карандашом, без войск, реальной местности и противодействия противника получалось не так уж плохо. Комроты, в большинстве своем младшие лейтенанты, бывшие (до Зимней войны – авт.) младшие командиры, перед войной окончившие краткосрочные курсы, и после войны, ввиду больших потерь, выдвинутые на комроты.
2. а) незнание уставов и наставлений,
б) незнание организации и вооружения роты,
в) незнание компаса и неумение работать с картой и т.д.
Командиры взводов, прибывшие из военных училищ к началу войны, выглядели гражданскими людьми в военной форме, абсолютно без какой-либо практики. Вот и получилось, что младший лейтенант командовал ротой, а лейтенанты взводами.
3. Большая централизация в вопросах, требующих немедленных мероприятий (все надо было согласовывать, что рождало безынициативность - авт.)»
20.2. 123 стрелковая дивизия под Выборгом в 1941 году.
Судьба 123сд тесно связана с «мучениями» 43сд того же 50-го стрелкового корпуса 23 армии РККА. Состав дивизии: стрелковые полки: 245сп, 255сп, 272сп; артиллерийские: 323ап, 495гап. Дислоцировалась эта дивизия также вблизи границы, занимая, в том числе, недостроенный укрепрайон. Участок обороны был ей выделен громадный – 50 км по фронту, от берегов Финского залива до стыка с 43сд, но!.. Здесь же располагались два погранотряда (33ПО и 5ПО), а главное – было на что опереться в обороне: наличествовали бетонные доты, подготовленные линии траншей, минные и проволочные заграждения вдоль границы, которая была реально «на замке» и финнов здесь поджидали с изрядной долей оптимизма, ничто не предвещало особой тревоги. Но опять события развивались планам вопреки.
Сохранился журнал боевых действий 123сд (ЖБД-123), толково составленный безвестным штабным офицером [ ]. Далее мы будем периодически ссылаться на этот документ и цитировать наиболее интересные фрагменты.
Факт объявления Финляндией войны Советскому Союзу 25 июня 1941 года в этом журнале традиционно никак не отражен. Весь июль-месяц на фронте 123сд ничего существенного не происходило, войска занимались боевой подготовкой и укреплением обороны. Интересна, пожалуй, запись от 9.07: «Поднят наш аэростат для корректировки артогня. Он охраняется пятеркой наших истребителей. Но, когда наши истребители ушли, появился финский самолет и поджег аэростат. Наши два корректировщика выбросились с парашютом и остались живы». Загадочен сам по себе факт охраны аэростата истребителями, которые могли посвятить этой работе не более 20 минут.
4 августа в дивизию пришел приказ о наступлении. Имелось в виду совместное выступление с частями 43сд вдоль шоссе от Выборга в направлении госграницы, проводимое с целью отвлечь внимание финнов от более угрожаемых участков на правом фланге 23 армии (и на Петрозаводском направлении). Наступление это привело в итоге к продвижению частей 123сд всего на 100-200 метров (!) с последующим быстрым откатом на исходные позиции. Автор ЖБД с горечью констатирует: «...выход 1-2 человека (имеется в виду противника – авт.) на фланг подразделений считалось окружением» (вот уровень боевой подготовки – авт!). И далее: «Командиры подразделений не могли ответить на вопрос, где точно находится его подразделение, и кто перед ним действует... на минных полях потеряно 7 танков». Это пишет не плененный генерал Кирпичников в финском плену, а штабной офицер сражающейся дивизии РККА. Наступать в 1941 году, похоже, у нас не умели нигде.
Все тот же Кирпичников писал, что созданными перед войной мехкорпусами и танковыми дивизиями управляли только по карте, его дивизия была подобием рабочей команды из-за обилия строительных, хозяйственных и сельхозработ, для тактических занятий на местности, а тем более отработки взаимодействия с соседями, или, паче чаяния, с авиацией времени не оставалось, разве что только на партполитработу. От автора: последние крупные учения различных частей РККА состоялись в Белорусском военном округе еще в 1936 году, и то всего лишь на уровне трех стрелковых и кавалерийских корпусов, нескольких танковых бригад с привлечением авиации (общая численность войск 85 тысяч человек, что соответствует рядовой «номерной» армии времен Великой Отечественной), и учения эти вскрыли большие недочеты в боевой подготовке войск и уровне управления войсками. За несколько лет, прошедших с той поры до начала Великой войны, мало что, как видим, изменилось.
По мере продвижения финнов к Вуоксе, а также и после ее форсирования из обеих дивизий 19ск вышестоящим командованием постоянно отбирались целые батальоны и артбатареи для латания «дыр» в разваливающейся обороне правого фланга 23 армии. К 20 августа из девяти стрелковых батальонов в распоряжении 123 дивизии оставалось всего шесть, также дивизия лишилась и обеих приданных ей погранотрядов. Так и не вступив в бой на предназначенных ей рубежах у границы, 21 августа дивизия получает приказ на отход к Выборгу и за Выборг – возникла явственная угроза окружения с востока. При отходе были взорваны доты и дзоты нового укрепрайона, а также «сожжено 30 населенных пунктов» [ ]. Не совсем понятно, зачем было их уничтожать, ведь приказ «о всесожжении», обоснованный созданием неудобств для размещения войск противника в зимних условиях поступит только поздней осенью. О судьбе жителей этих населенных пунктов не сообщается.
Финны толи «проморгали» снятие с позиций целой дивизии, толи не сочли необходимым и возможным вести преследование отступающих: мешок восточнее Выборга уже был ими запланирован и ждал свою добычу. «Отход дивизии оказался для противника внезапностью» - так указано в ЖБД дивизии от 23 августа. 25.08 дивизия участвует в попытке наступления фронтом на восток (это уже в районах восточнее Выборга), но, как записано в ЖБД «...на исходный рубеж выходили с боем» - то есть, чтобы сосредоточить хоть какие-то силы для атаки, приходилось отбиваться от наседающих с севера финнов. Вместо контрнаступления получился добровольно-вынужденный заход в мышеловку, так как в тот же день финны начали высаживать свою 8 пехотную дивизию на южном фланге 50ск. С юга, преодолевая разрозненные попытки сопротивления отдельными ротами, котел замыкала финская 8пд, а с севера – 12пд и 4пд.
26 августа противник с северо-востока перерезает железную дорогу в 15 км юго-восточней Выборга и устремляется навстречу своей 8пд. 27 августа 123 дивизия оказывается в полном окружении. Кроме штаба дивизии, который, как это и положено штабу, успел выскочить с помощью танка Т-34 («тридцатьчетверок» было всего 6 единиц в придачу к 15 легким танкам, оставшимся на вооружении приданного дивизии танкового батальона). 29 августа противник достигает берегов Финского залива – все! У штаба дивизии сохранилась связь только с одним полком (255сп), судьба прочих частей оставалась неизвестной. 30 августа вдоль Выборгского шоссе (это уже за линией фронта) к Ленинграду потянулись разрозненные и малочисленные группки по 3-5 человек наших солдат. Матчасть и имущество 123сд и других частей и соединений левого фланга 23 армии были брошены, часть техники уничтожалась огнем собственных орудий [ ]– картина апокалиптическая – своими руками! К станции Терийоки у старой границы (на берегу Финского залива) выходят потерянные и растерянные бойцы, финны лениво постреливают им вслед.
Финны хвастают большими трофеями (согласно отчету 8пд [ ]): 143 орудия калибром свыше 152 мм (это наши знаменитые гаубицы, но количество какое-то неимоверное, их столько и не было), 66 пушек ПТО, 60 дивизионных пушек калибром 76мм, 51 танк (пятьдесят один – вы не ослышались!) – много поврежденных, но их или починят, или пустят на запчасти, 645 автомобилей, 120 тракторов (таскать трофейные гаубицы), 1450 лошадей и даже один самолет (какой именно не указано). Об общем количестве пленных четко не говорится, но вот в котле под Порлампи наших попало в плен 3000 человек и тысяча была убита при безответном и беспощадном обстреле в чистом поле в том самом котле из всех видов оружия. В работе [ ] говорится об общих потерях трех наших дивизий – это 43сд, 115сд и 123сд – в окружении под Порлампи: убитыми 7000 человек, попавшими в плен 9000 человек. Потери финнов в их отчете также приблизительны и вряд ли истинны: в [ ] говорится о 474 убитых только в 8пд в боях по окружению под Порлампи, а всего по трем финским дивизиям, участвовавших в этих боях в конце августа около 750 человек.
Для эвакуации вышедших на полуостров (остров) Койвисто остатков наших частей (у входа в Выборгский залив) в ночь на 2 сентября было послано три транспорта, один из которых подорвался на мине и затонул. Оставшиеся два корабля погрузили около 6 тысяч человек и перевезли их в Кронштадт. Вышедшие позднее на побережье бойцы не были брошены на произвол судьбы на островках Выборгского залива, а также вывозились катерами вплоть до конца ноября (до ледостава) [ ].
31 августа штаб 123сд расположился в дачном поселке Куоккала на берегу Финского залива (в 20-25 км северо-восточней Ленинграда) и занялся сбором выходящих из окружения людей и сколачиванием из них боевых подразделений. Эти части занимали укрепления по старой границе вместе с другими вновь прибывшими на это направление. Ввиду катастрофического и неожиданного развития событий и нарастания непосредственной угрозы Ленинграду с севера с южного участка Ленинградского фронта, где также в эти дни складывалась напряженная обстановка, тем не менее, сюда, на Карельский перешеек, перебрасывается 291сд. На линии укреплений старой границы в межозерном дефиле в оборону становятся (с севера на юг) 142сд, 43сд, 123сд, 198сд, 265сд (в резерве) и 291сд, соответственно пополненные и довооруженные. Помимо этих дивизий в оборону становится 1-й Дзержинский полк народного ополчения, отдельный Особый батальон морской пехоты, отдельные танковые батальоны (46отб, 106отб, 107отб). При этом все выдвинутые сюда части и соединения побывали в тяжелых боях, а моряки не имели опыта войны на суше – в первом же бою ООБМП потерял половину состава. Финны вышли к полосе укреплений на старой советско-финской границе силами пяти дивизий двух пехотных корпусов.
Численный состав и вооружение стрелковых дивизий РККА в ходе войны постоянно менялись в сторону уменьшения. Так, дивизия в 8-10 тысяч человек л/с уже считалась полнокровной и это при наличии одного артиллерийского полка вместо двух и без полковой артиллерии, то есть огневая мощь дивизии сократилась почти втрое. В книге маршала Василевского есть свидетельство как он, будучи командующим 3-м Белорусским фронтом просил у Ставки перед штурмом Кенигсберга довести численность стрелковых дивизий до 3000-3600 человек [ ]. Вот так война меняла штатное расписание.
Немного о действиях ВВС. Они носили с обеих сторон спорадический характер, в основном, в целях разведки и корректировки артогня. О воздушных боях в ЖБД свидетельств не обнаружено, зенитным огнем советских сил ПВО было сбито несколько (именно пять) вражеских самолетов. Также отмечена гибель нескольких наших самолетов от воздействия ПВО противника.
На Карельском перешейке на участке, примыкающем к Финскому заливу, продолжались боевые действия относительно небольшими силами. Так, финны с 4 по 11 сентября, выполняя данное Кейтелю обещание активизировать свои действия на Ленинградском направлении, форсировали р. Сестра и захватили городок Белоостров. 22 сентября этот населенный пункт был отбит частями разных дивизий при огневой поддержке береговых батарей и фортов Кронштадта. Через три недели относительного затишья финны зачем-то пытались силами всего двух рот переправиться через р. Сестра, но были отбиты. После этого на старой советско-финской границе почти на три года вперед ничего существенного не происходило, а группировка советских войск постепенно сокращалась в пользу других участков и фронтов.

Автор - studenh
Дата добавления - 03.04.2020 в 18:58:10
Форум » Реальный мир » Социальная тема » История второй советско-финской войны 1941-1944 гг. гл.20. (Поражение на Карельском перешейке)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:
Загрузка...

Реклама Статистика
Яндекс цитирования
Copyright © автор идеи: OgneV; дизайн: Plotnick (2009-2020); Сайт управляется системой uCoz