Меню сайта
Статистика
Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0
Вход на сайт
Регистрация
Вход
Посетители за день
Telemax, SNiPER
Иван Дышленко (Plotnick)
"Охотник. Глава 3. Журналист."

Каждое место обитания людей на Земле имеет свою историю, и даже у самых маленьких деревень, вроде села Чапаевка, она есть. За время своего столетнего существования село успело несколько раз сменить название. Изначально оно называлось Хоромным. Но в 1928 году село было переименовано в "Затонское". Причина этого странного решения неизвестна, быть может слово "Хоромное" показалось местной власти слишком созвучным со словом "хоромы", которое является синонимом слова "дворец", а дворцам, как известно, в советской республике была объявлена война. И село, от греха подальше, переименовали. В 1937 году Сталин затеял большую чистку в армейских кадрах. Очевидно желание хоть как-то компенсировать нехватку бравых командиров, возникшую после "комплекса очистительных мероприятий", вылилось в массовое переименование городов и сел, и село Затонское получило имя известного комдива, и стало Чапаевкой.

Расположенная на реке Несвич, на северо-востоке Иванковского района Киевской области, Чапаевка была зажата между границей с Белоруссией и охранным периметром зоны отчуждения Чернобыльской АЭС. На севере, километрах в пяти, располагался приграничный КПП села Городчан. Ввиду близости охранного периметра Зоны, КПП был усилен по численности до двух взводов и укреплен боевыми машинами и пулеметами, а само Городчан превращено в подобие военного городка с казармой, столовой, складом и непременной библиотекой. Если двигаться от Чапаевки на юг вдоль периметра, то через пятнадцать километров пути попадется село Кошовка - тоже формально нежилое, а по сути являющееся таким же военным городком, как и Городчан. На пути из Чапаевки в Кошовку через каждые пять километров стоят небольшие охранные блокпосты. По идее, от одного поста к другому должны постоянно курсировать патрули. Но наряды ходят редко и только днем. Боятся. Очень уж соблазнительно для всякой швали выглядит небольшой отряд военных в современных бронежилетах с чистенькими, блестящими автоматами в руках и положенными по уставу армейскими аптечками. Конечно, в случае нападения, заслышав выстрелы, прибежит подмога с соседнего блокпоста, но, как правило, только затем, чтобы забрать трупы.

Многие ошибочно полагают, что Чернобыльская зона отчуждения является кругом с диаметром в тридцать километров. На самом деле она имеет более сложную форму и вытянута в сторону запада от места катастрофы. Таким образом центр Зоны расположен не в геометрическом центре зоны отчуждения, а смещен на восток. Помимо самой зоны отчуждения существует так называемый "охранный периметр", расположенный внутри зоны отчуждения. Формально, на бумагах он носит название "санитарно-защитная зона Чернобыльской АЭС". На деле же, это километры колючей проволоки и других заграждений, служащих двум целям: не пускать в Зону тех, кому не положено там находиться и не выпускать из Зоны то, что там родилось.

При всей интеллектуальной развитости человека мутанты ведут себя намного умнее. Как правило, они не подходят к периметру ближе чем на 3 километра и не стремятся покинуть Зону. Они, вероятно, понимают, а, может быть, чувствуют, что для них это небезопасно. Люди почему-то не отличаются ни подобной сообразительностью, ни интуицией. Каждый день по разным причинам и разными способами, не взирая на охрану, люди преодолевают периметр. Иногда поодиночке, иногда по двое-трое, а иногда большими группами или отрядами, они перекусывают колючку, или проползают под ней, подняв проволоку рогатиной, или "отстегивают" офицеру на блокпосте некоторую сумму денег, чтобы попасть в Зону - место, возвращение из которого не может гарантировать никто. Искатели приключений, любители экстремальной охоты, научные экспедиции и военные стягиваются к периметру со всей страны и даже из других стран, но путешествие по Зоне - занятие небезопасное, и поэтому без участия проводников Зоны, называющих себя "сталкерами", не проходит ни одна экспедиция или "сафари".

Ныне брошенное село Чапаевка было одним из более чем десяти сел и деревень ставших приютом сталкеров. В официальных бумагах они значились как "самоселы" и контингент их состоял из самых разных личностей. Согласно неофициальной статистике сталкеры составляли 2-3 процента от числа людей, когда-либо посещавших Зону. Однажды попав внутрь периметра, они более никогда не покидали пределов зоны отчуждения. Зона и ее окрестности становилась для них домом. Спустя некоторое время, сталкеры приобретали способность чувствовать "аномалии", предсказывать появление "выброса" и миграции мутантов, некоторые из них становились менее восприимчивы к воздействию радиации. Совершенно очевидно, что подобные способности возникали в результате мутаций организма, подвергавшегося частым воздействиям аномальных образований Зоны. Однако официальных объяснений этому явлению не существовало, так как затащить добровольно хотя бы одного сталкера в лабораторию для исследований или сдачи анализов до сих пор не удалось. Поэтому никто не мог ответить на вопрос почему мутировали именно эти люди, эти 2-3 процента, а не все. Их часто нанимали, как проводников в Зону, но, если долго не было предложений, сталкер отправлялся в Зону самостоятельно, на поиски чего-нибудь ценного. А ценного в Зоне было немало - оборудование, брошенное научными экспедициями, оружие и техника, оставленное военными, застигнутыми врасплох "выбросом" или мигрировавшими мутантами, амуниция, медикаменты и, наконец, странные образования, называемые "артефактами".

В Чапаевке "квартировало" около тридцати человек. Примерно половина из них называла себя сталкерами. На самом деле, сталкерами или бывшими сталкерами были почти все, просто некоторые перестали ходить в Зону. Как например, Папа Карло, который, в одном из походов угодив в аномалию, уже больше не мог быстро бегать, ловко приседать и подпрыгивать, да и просто передвигался с трудом. Помимо Папы Карло, завязавшего с походами в Зону, и открывшего забегаловку в бывшем здании начальной школы, в Чапаевке жил, неизвестно как оказавшийся там, врач-педиатр, которого все звали просто "Док", механик Гоша, умеющий починить любую железку, Тимур, державший что-то вроде магазина и некоторые другие личности, промышляющие чем попало.

Игорек проснулся около полудня и долго лежал в кровати, уставившись в грубый дощатый потолок. Он выспался, но после сегодняшней ночи чувствовал себя все еще разбитым и усталым - сказывалось нервное напряжение. Про себя он уже твердо решил, что сегодня же последует совету своего неизвестного похитителя и отправится домой в Минск. За неполную неделю пребывания в непосредственной близости от Зоны, материала было собрано достаточно, в свой единственный поход по Зоне он уже тоже сходил и теперь у него было одно только желание - убраться отсюда подальше.

Он встал, оделся и, взяв ведро для воды, направился к колодцу. Ребята уже большей частью разошлись кто-куда, двое из оставшихся односельчан, вскарабкавшись на крышу бывшего клуба, пытались приладить неизвестно где взятую спутниковую антенну. Местные поселения порой выглядели диковато благодаря абсурдному сочетанию средневекового быта и новейших технологий. Так, например, в забегаловке Папы Карло, деревянной, сто лет не крашенной хибаре, в двух окнах стояли стеклопакеты. Плохо лежали где-то, вот старик и нашел им применение, лучшее, чем предыдущие хозяева. У многих сталкеров, внешне напоминавших оборванцев, пошарив по карманам, можно было обнаружить коммуникаторы с GPS - незаменимая вещь в дальних походах по незнакомой местности, а в некоторых домах имелись микроволновки. И вот сейчас эта нелепая спутниковая антенна.

Игорь приветственно помахал ребятам рукой, набрал воды и пошел в дом. Дозиметр показал, что вода, безусловно, фонит, но еще не светится. Триста микрорентген в час. В три раза выше предельной нормы, но, если не пить такую воду всю жизнь, то ничего страшного не случится. Умывшись, Игорь стал собирать вещи в дорогу и готовить дом к "консервации". Перед уходом с поселения, по неписанному своду правил, полагалось обесточить электропитание, очистить печку от золы, подмести, помыть и убрать посуду в погреб. Напоследок, ключ от замка сдавали Карло, а входная дверь подпиралась доской, как сигнал новичкам, что дом пустует и можно заселяться.

Ненужный уже обрез и патроны Игорь также отнес в погреб - пусть новому хозяину дома будет маленькая радость. Заперев дом, Игорек подхватил рюкзак и поплелся в "Каморку" - так "чапаевцы" обозвали заведение Папы Карло. Здание сельской школы Папа Карло разделил поперек, отведя одну половину помещения для кухни, склада и спальни, а вторую для посетителей. Сейчас трактир пустовал, ребята обычно стягивались к вечеру. Днем, правда, иногда заглядывали солдаты, но это было такой же редкостью, как и патруль. Папа Карло за стойкой отсутствовал, но из двери, ведущей к складу, доносилось чье-то фальшивое пение. Игорек подошел к стойке и, перегнувшись через нее, прокричал: "Есть кто живой?". Послышался шум передвигаемых коробок, деревянный стук, и в дверном проеме возникла рослая фигура Папы Карло. Он опирался на толстые самодельные костыли, одной рукой пытаясь тащить коробку с какими-то припасами. Широкая, как у викинга, бородища была перепачкана паутиной и пылью.

- Привет, Игорек, - пробасил Карло, - не поможешь старику коробку вытащить?

Игорь протиснулся за стойку и, вежливо потеснив Папу Карло, вытащил коробку из дверного проема.

- Куда ее? - спросил Игорек.

- Да, тут оставь, - Папа Карло уселся на коробку сверху и достал курительную трубку, - ты чего хотел-то? Просто так зашел или перекусить-выпить?

Игорь порылся в кармане и достал ключ от дома, - Да, вот, Папа Карло, уезжаю я.

- М-м-м-м, - промычал старикан, раскуривая табак, - по делам или насовсем?

- Насовсем, - Игорь вздохнул, осознав вдруг, что почему-то стал испытывать двойственные ощущения от расставания с Зоной, - нечего мне здесь делать.

Оба помолчали немного, слово провожая кого-то в последний путь.

- Ну, видать, не приняла тебя Зона, - попыхивая трубкой возвестил Папа Карло, - или ты ее не принял. Завтракать будешь? Яичницу могу предложить с колбаской.

Выразив согласие, Игорь бросил рюкзак на пол и вскарабкался на высокий табурет возле стойки. Папа Карло удалился на кухню. За окнами мелькнула тень, и в помещение вошел Митяй.

- Вот ты где? - Митяй направился к Игорьку, - ты куда вчера провалился-то? Мы тебя искать - а тебя нет нигде. Все окрестности повдоль леса обошли бестолку. К дому твоему я ходил, а тоже тебя нет - думали тварь какая сожрала или в болоте утонул.

- Я? - Игорек лихорадочно соображал, что бы такое соврать. Рассказывать про события прошедшей ночи почему-то не хотелось. - я заблудился.

- Заблудился? Где? В чистом поле что ли? - Митяй вдруг схватил Игоря за пуговицу куртки, притянул к себе и прошипел, - Слушай, если в штаны наложил, так и хрен с тобой. Хочешь отвалить по-тихому? Пожалуйста, держать никто не будет. Только не вздумай кому стукануть про нас. Под землей откопаем. Понял?

- Да, отвяжись ты, - оттолкнул руку Митяя Игорь, - Не буду я стучать. Домой я уезжаю. Сейчас.

- Ах, уезжаешь, - глаза Митяя забегали по сторонам, затем, словно Митяй принял какое-то решение, остановились, - ну и хорошо. Вот и вали коли собрался, и побыстрее. А про нас молчок, целее будешь.

Митяй хлопнул Игоря по плечу и вышел из забегаловки.

Выпускник Факультета Журналистики БГУ Игорь Стеклов в Зону прибыл по заданию своего работодателя - директора публицистического отдела "Радио МИ-XXII". Требовалось собрать материал о Чернобыльской Зоне отчуждения для цикла из пяти передач в рамках проекта "Всемирные катастрофы". Собственно, план по сбору материала был довольно прост - заселиться в одно из поселений сталкеров и далее, прибившись к группе опытных или навязавшись в "подмастерье" к кому-нибудь из старичков, исследовать Зону и ее обитателей, насколько это представляется возможным. Чапаевку Игорь выбрал не случайно - во-первых, это было ближайшее поселение от границы с Белоруссией, во-вторых, периметр в этом месте охранялся наиболее небрежно. Дальше за периметром пролегало несколько километров болот, не позволявших мутантам подбираться слишком близко к ограждению. С местом проживания Игорю повезло - в селе оказалось несколько свободных домов, а вот со сталкерами не очень. Брать новичка с собой в поход никто не спешил. После двух дней бесплодных попыток прибиться к старичкам, Игорь уяснил, что дело не в том, что он новичок в ремесле сталкера, а в том, что ему просто никто не доверяет, а на завоевание доверия придется потратить довольно много времени. Отчаявшись, он уже решил просто нанять кого-нибудь из соседей за деньги, чтобы те устроили ему "экскурсию", но случай распорядился по-другому.

На третий день пребывания Игоря в Чапаевке, вечером, справив перед сном в ближайшем кустарнике малую нужду, Игорь возвращался в дом и наткнулся на рослого круглолицего парня. Тот стоял, облокотившись на плетень и, казалось, ожидал Игоря. Одет он был в черную кожаную курточку, наброшенную поверх серой кофты с капюшоном, зеленые брезентовые брюки и короткие резиновые сапоги. Картину завершали обвязанный вокруг пояса, похожий на охотничий, патронташ, короткий обшарпанный автомат на плече и пистолетная кобура на поясе.

- Я тебя раньше не видел, - произнес вместо приветствия парень, обращаясь к Игорю, - ты здесь совсем недавно что ли?

- Пару дней, - ответил Игорь, приблизившись к незнакомцу, - а в чем дело-то?

- Митяй, - представился парень, протягивая руку, - осмотреться-обжиться уже успел?

- Ну, вот, устроился, вроде, - Игорь показал рукой на облюбованный им дом, - а ты кто такой будешь?

- Сталкер, - с готовностью ответил Митяй.

- Ну так, здесь все сталкеры, - махнул рукой Игорь, - а что-нибудь поконкретнее?

- Я не просто сталкер, я командир группы сталкеров.

- Что-то я тут групп не видел, - ответил Игорек, - все больше одиночки, в крайнем случае пары.

- Ну, вот. А у меня группа. - Митяй назидательно поднял указательный палец, - про "Долг" слыхал что-нибудь?

В разговорах сталкеров, ведущихся по вечерам за кружкой пива или стаканом водки в забегаловке Папы Карло, иногда проскальзывала скудная информация о базирующихся в Зоне и возле Зоны организациях и группировках. О "Долге" говорилось редко и мало, но Игорь уяснил, что это была полувоенная организация, имевшая базу возле озера Зимовище в одноименном селе. В целом, Игорьку "долговцы" представлялись кем-то вроде кубанских казаков, обладавших некими полицейскими полномочиями, а на деле являвшихся просто официально вооруженной бандой. Поэтому на вопрос о "Долге", Игорь ответил вопросом:

- Это банда что ли такая?

- Тю, - удивился Митяй, - скажешь тоже "банда". Это же "Долг"! Защитники Зоны! То есть, защитники от Зоны.

- И чем они занимаются? - обрадовавшись словоохотливому собеседнику, Игорь немедленно приступил к своим обязанностям - сбору информации.

- Да, неважно, - Митяй махнул рукой, - ну мутантов там отстреливают... Оружие у них прикупить можно...

- Так ты не из "Долга" что ли? - огорчился Игорь.

- Кто? Я? - Митяй вытаращился на начинающего журналиста, - нет, конечно! Они же отмороженные на всю голову. Мы другие, у нас своя команда.

- А про "Долг" ты тогда зачем спрашивал?

- А, это... Ну... "Долг" как в патруль ходит?

- Как? - развел руками Игорь.

- Ну, ты и чайник, - сплюнул Митяй, - патрульный отряд "Долга" состоит из четырех человек. "Квадом" назвается. Усек?

- Ну, понял, - кивнул Игорь, - вас тоже четверо?

- Нет, дурья голова, нас пятеро!

Игорю показалось, что над ним издеваются, и он умолк, пристально глядя в глаза Митяю. Митяй нагнулся, сорвал желтую травинку и пожевывая ее кончик, продолжил:

- Ну, смотри. У нас отряд обычно укомплектован лучше чем у "Долга". У "Долга" в кваде четыре человека, а у нас квад состоит из пяти человек. Командир долговского квада состоит в самом кваде и потому не может эффективно командовать при отражении возможной атаки. А у нас есть командир - я, и четверо бойцов. То есть, квад плюс командир. Вот так. Ты в зону-то уже ходил?

- Нет еще.

- Не берут что ли?

- Не берут, - кисло улыбнулся Игорь.

- Ну тогда давай к нам, если не боишься.

- К вам? В смысле с вами? - Игорь даже не поверил в свою удачу, - а что делать будем?

- Ну, как обычно, - пожал плечами Митяй, - Зону исследовать, артефакты собирать, бесхозное всякое, да шелупонь с мутантами отстреливать. Ну как? Не против?

- Да, не против, почему нет? А что у вас, недобор сейчас что ли?

- Тушканы одного из наших прошлой ночью объели. Я тебе потом труп его покажу - уморительное зрелище, - прыснул Митяй.

- Спасибо, не надо, - выдавил Игорь. В силу тонкой душевной организации созерцать трупы Игорь не любил, тем более объеденные какими-то "тушканами".

- Ну, смотри, дело твое, - Митяй извлек из-за пазухи карту местности, - Значит так, база у нас в Староселье. Там никто не живет и не мешает. Тут от Чапаевки вдоль периметра и дальше, между вторым и третьим блокпостами, дыра в колючке. А за ней просека меж болот идет. Прямо по просеке можно дойти до Староселья. Вот, к полудню завтра и приходи, годится?

- Так, ведь аномалии, - замялся Игорек.

- А что аномалии? - пожал плечами Митяй, - Я по просеке сюда пришел, Ну, да, есть там несколько завихрений, но ты же сталкером хочешь быть? Вот, возьми мешок камешков и в путь. А то если ты даже там не пройдешь, то тогда тебе в Зоне вообще делать нечего.

Игорь подумал, что когда-то действительно все начинают, и второго такого шанса может и не быть, тем более что срок командировки был небольшим - всего-то неделя.

- Ладно, к полудню буду, - согласился Игорь, - что-нибудь с собой брать?

- Ну, вот сколько взял бы с собой в поход, исключая еду и посуду, столько и бери. Еда не нужна, мы вглубь Зоны не пойдем... Так, по краешку... Спички, воду, одеяло, нож, веревку и тому подобное. Воду возьми обязательно. Если есть медикаменты, тоже. Кстати, оружие у тебя есть?

- Нет, оружия нету, - честно признался Игорек.

- А деньги? Я тебе могу свой обрез продать с патронами. Для тебя не дорого отдам, всего 20 баксов.

- Деньги пока еще есть, - кивнул Игорь.

- Ну и прекрасно, значит, по рукам? - протянув руку подытожил Митяй.

- По рукам, - Игорь пожал протянутую Митяем руку.

- Ну, тогда до завтра, а то стемнеет, а мне еще идти километров десять.

Уходя, Митяй сказал напоследок:

- Да, и когда периметр преодолевать будешь, постарайся сильно не светиться, а то вояки разбираться не будут. Сначала высадят пару рожков, а потом смотреть станут, что за зверя они подстрелили. Им за нашего брата еще и увольнительная положена, только тратить ее здесь не на что.

Утром следующего дня Игорек, насобирав мелкой щебенки в холщовый мешочек, выдвинулся к периметру. Обойдя по широкой дуге первый и второй блокпосты, он дошел до колючки и пошел вдоль нее в сторону третьего блокпоста, стараясь не пропустить дыру, упомянутую Митяем. Через полкилометра ему пришлось преодолевать мелиоративный ручей, выкопанный от реки Брагинки лет шестьдесят тому назад. Ручей был невелик, метра два в самом глубоком месте и пять метров в ширину, но положенные когда-то мостки наполовину уже сгнили, и приходилось тщательно обдумывать каждый шаг, прежде чем поставить ногу на гнилые доски. Колючка в этом месте не заканчивалась, а свисала на вкопанных в дно ручья столбах, до самой поверхности воды.

Перебравшись через ручей, Игорь продолжил движение к месту, где должна была начинаться просека, однако, не дойдя метров пятьдесят до нужного участка периметра, услышал чьи-то голоса. Охранным периметром считалась также и территория на расстоянии ста метров от самой колючки, поэтому Игорек предпочел не выдавать своего присутствия и затаился. Благо, трава в этом месте была высокая и полностью скрывала его от постороннего взгляда, что, впрочем, имело и обратный эффект - разговаривавших людей Игорь также не видел. Легкий ветерок доносил до Игорька обрывки фраз, но большая часть сказанного терялась на расстоянии. Разговаривали на повышенных тонах. Профессиональное любопытство в конце-концов побороло благоразумие и Игорек стал подкрадываться ближе. Наконец, голоса стали вполне различимы, и Игорь остановился, вслушиваясь в разговор.

- Твою мать, Кравченко, - возмущался кто-то, чеканя слова, словно гвозди заколачивая, - Я тебе еще на прошлой неделе приказал выкосить здесь всю траву на хрен! Ты вообще-то как собираешься охранять периметр, ни хрена же не видно?

- Товарищ полковник, - просительно заговорил второй, - жалко бойцов-то. Мародеров же развелось, пристрелят, чего доброго, и оружие с амуницией снимут.

- А что погоны снимут, товарищ капитан, не боишься, а? - продолжал возмущаться обладатель "чеканного" голоса, - что же это за бойцы у тебя такие, что какая-то шваль с обрезами их всех положить может? Возьми в охрану ребят с соседнего поста. Пусть двое косят траву, а остальные дозор несут.

- Так точно, товарищ полковник, сделаем, - уверял капитан, - но только ведь косить нечем.

- Как это нечем? - удивился полковник, - вам на три года выдается комплект из двух кос. Последняя выдача была прошлой осенью.

- Никак нет, - возразил капитан, - я переведен на пост зимой, кос уже не было.

- Ничего не желаю знать, - отчеканил на это полковник, - косы найти, траву выкосить!

- Есть, товарищ полковник!

- А то ведь смотри, Кравченко, мы вот с тобой сейчас тут разговариваем, а вокруг может сталкеры через периметр ползут, - пошутил полковник.

Голоса постепенно приближались, и вскоре стали слышны шаги. Судя по звуку, шагавших было несколько больше, чем двое. Игорек потихоньку отполз в сторону от колючки. "Патруль?, - подумал он, - нет. Скорее инспекция. Или еще точнее - инспекция, сопровождаемая патрулем и...". Додумать Игорек не успел.

- Это что еще за мать-его-в-рот-компот???!!! - взревел полковник.

Ответом ему была тишина. Игорь понял, что полковник наткнулся на дыру в колючке, до которой он не успел доползти каких-то 15-20 метров.

- Малинин, ко мне! - вновь рявкнул полковник, - что это такое?

- Дыра, товарищ полковник, - невозмутимо констатировал некто Малинин, - как есть дыра. Свеженькая.

- Кравченко!

- Я, товарищ полковник, - от волнения фальцетом выкрикнул капитан Кравченко.

- Кравченко, Малинин вот говорит, что у тебя дыра в охранном периметре!

- Так точно, товарищ полковник. Виноват, не доглядел.

На миг воцарилось молчание, и Игорь вдруг явственно представил себе, как наливается кровью лицо полковника, фамилии которого он не знал. И тут же тишина взорвалась ревом:

- Так, что ты стоишь, болван, столбом! Немедленно устранить! Распустились, дебилы, под трибунал всем постом пойдете!

- Нету проволоки, товарищ полковник, кончилась, - дрожащим голосом, чуть не плача, проблеял капитан, - эти уроды ее режут и с собой уносят.

- Зачем уносят? - искренне удивился полковник.

- Они ее потом на мелкие кусочки стригут и вместо камешков используют для выявления аномалий, - услужливо подсказал голос, принадлежащий Малинину, - не все аномалии на камешки реагируют, а на железо все.

"Вот гад, - Игорь мысленно обругал Митяя, - а мне ничего не сказал".

- Ясно, - со злостью произнес полковник, - Кравченко, немедленно отправь двух бойцов на второй блокпост. Пусть возьмут там колючку и быстро обратно. А мы здесь покараулим.

- Исаченко! Кузнецов! - подозвал солдат капитан, - оружие, бронежилеты здесь оставьте и бегом на второй блокпост. Выполняйте.

- Есть, - козырнули солдаты и, сложив автоматы на землю, принялись расстегивать амуницию.

Игорек затаился в траве, но он не учел, что солдаты побегут ко второму посту не вдоль периметра, а напрямик, через траву. Когда он услышал топот приближающихся сапог отползать с пути солдат было уже поздно и, спустя мгновение, так и не успев ничего придумать, он увидел перед собой потные лица рядовых, которые, внезапно наткнувшись на Игорька, так и застыли на полусогнутых ногах. Какие-то мгновения на их физиономиях отражалась нерешительность, но период ступора миновал, и один из бойцов завопил: "Тревога!". Игорь вскочил, развернулся и помчался обратной дорогой сквозь траву, не сильно теперь заботясь о маскировке. На его счастье, ошарашенные солдаты кинулись отнюдь не за ним, а назад, к оружию. Вслед Игорю раздались сухие щелчки выстрелов - он сообразил, что стреляют из пистолета. По всей видимости, капитан, у которого оружие было под рукой, открыл огонь первым. Петляя как заяц, Игорек промчался метров триста до ручья и, не раздумывая, взлетел на шаткий мостик, гнилые доски которого не выдержали и подломились. Падая в воду, Игорь еще подумал, что вода может быть радиоактивной, а в воде могут быть пиявки-мутанты... Он бы много еще чего мог напридумывать, но высота оказалась недостаточно большой по сравнению с воображением начинающей акулы пера. Подняв тучу брызг, Игорек погрузился в воду. Набитый камешками мешок тащил его ко дну. Он сделал несколько сильных гребков руками и выплыл на поверхность. За спиной доносился топот ног приближавшихся бойцов. Ему пришлось торопливо глотнуть воздуха и снова погрузиться под воду. В воде на Игоря, пока что, никто не нападал, он осмелился приоткрыть глаза и сквозь толщу воды заметил брешь в той части колючей проволоки, что свисала в воду. Что есть сил он поплыл в сторону периметра. Подплыв к колючке, он ухватился рукой за врытый в землю столб и, не поднимаясь на поверхность воды, стянул с себя рюкзак. Затем закинул рюкзак в отверстие в проволоке и стал аккуратно протискиваться сам. Воздуха не хватало, легкие отчаянно требовали сделать вдох, а зацепиться за колючку под водой было бы равносильно самоубийству. В конце концов он преодолел преграду и, вынырнув на поверхность, бросил быстрый взгляд на ту сторону. Солдаты уже добежали до ручья и, с автоматами в руках, вглядывались в воду. Игорю опять повезло - его не ожидали увидеть уже за периметром. Переключиться на цель бойцы не успели, Игорь вновь исчез под водой. Он достал до дна, подхватил рюкзак и поплыл, что было сил подальше от периметра. И снова ему повезло - метров через десять от колючки, на берегу ручья росли кусты. Он тихонько вынырнул за кустами и прижался к берегу, переводя дыхание. Отдышавшись, вновь нырнул и поплыл вдоль ручья. И вовремя - кто-то из солдат, наудачу, выпустил очередь из автомата по кустам. К счастью, дальше ручей заворачивал налево, и за поворотом берег скрывал Игоря от взгляда патрульных. Со стороны периметра доносились возбужденные голоса и отборная брань. Оставаясь по пояс в воде Игорь направился вдоль русла ручья, уходящего в подлесок. Удалившись от периметра на приличное расстояние он поднялся на берег, колючка периметра отсюда уже была не видна, скрывшись за деревьями и кустарником. Развязав мокрый рюкзак, Игорь принялся раскладывать мокрые вещи на траве. Главным огорчением, конечно, оказался напрочь испорченный дозиметр. Ламинированная тонким слоем полиэтилена карта местности не пострадала. Сухими оказались и спички, предусмотрительно затянутые Игорем в презерватив. Весь остальной скарб оказался мокрым, но пригодным к дальнейшему использованию. Сушить его сейчас Игорь не стал, приняв решение разобраться с этой проблемой по прибытию в Староселье. Одежда должна была высохнуть на теле во время пути.

По карте выходило, что сейчас до нужной просеки было даже ближе, чем когда Игорь был возле периметра. Он двинулся по направлению к подлеску, немного забирая влево параллельно периметру, и спустя десять минут вышел к просеке. В этом месте она уже изрядно заросла кустарником и молодыми деревьями, тем не менее, оставаясь хорошо различимой на фоне сгущающегося леса, но через двести метров пути, все окружающее резко изменилось. Деревья и кусты с просеки исчезли совсем, земля была покрыта слоем мертвой бурой травы с редкими живыми клочками зелени, лес потемнел, и слабый ветер срывал с деревьев сухие коричневые листья. Игорь понял, что пересек невидимую границу, отделявшую внешний мир от Зоны. Теперь двигаться вперед можно было только с максимальной осторожностью. Он достал мешок с камешками, вынул один камень покрупнее и бросил его вдоль просеки. Камешек запрыгал по твердой земле остановившись метрах в пяти-семи. Игорь двинулся вперед, подобрал камень и снова бросил его вперед. Так он и продвигался, не слишком быстро, зато более-менее надежно. Это был начало его первого похода в Зоне.

Вскоре Игорек наткнулся на первую аномалию. На бурой траве виднелся черный обугленный след, как от небольшого костра. Отойдя на условно безопасное расстояние, Игорь прицелился и метнул в пятно камешек. Выросший из земли столб пламени высотой около двух метров продемонстрировал, что Игорь не ошибся. Это была "жарка" - одна из примитивных и малоопасных аномалий. Погорев секунд десять, столб пламени исчез, оставив после себя лишь слабое дрожание воздуха, исходившее от земли. "Отличная штука шашлыки жарить, - подумал Игорек, обходя аномалию, - или девкам на Ивана Купала прыгать." Еще он подумал о том, что мог бы высушить одежду, разложив ее вокруг аномалии, но решил не тратить время, боясь опоздать к месту встречи.

Так, обходя подозрительные места, встретив еще несколько довольно опасных, но хорошо различимых аномалий, Игорь вышел к редколесью. Здесь начиналась болотистая территория. Аномалии на болотах почему-то встречались гораздо реже, чем в других местах. Некоторые сталкеры из старичков считали, что аномалии стремятся разместиться там, где пролегают тропинки и дороги, по которым часто проходят люди. Но внятных обоснований данная версия не получила, тем более, что в жилых поселениях появление аномалий было большой редкостью. В заброшенных - сколько угодно, но соседствовать рядом с людьми аномалии по какой-то причине не любили.

Зона все же передышки людям не давала, и там, где не было аномалий, обязательно попадались мутанты. Игорек уже был наслышан о своеобразной фауне Зоны, и ему вовсе не улыбалось столкнуться со стадом кабанов-мутантов или сворой слепых псов, но на его счастье просека загибала влево от болот. Под ногами все же иногда хлюпало, и Игорь, срубив ножом молодую рябину, сделал себе рогатину-посох. Болота оставались по правую руку, и через полтора километра закончились. Потянулись некогда колхозные поля, а ныне просто разбитые на квадраты-гектары куски земли, покрытые бурой травой и редким таким же бурым кустарником, а за полями уже виднелись деревянные постройки хутора Староселье.

Как и было оговорено с Митяем, к полудню Игорь добрался до хутора. Митяй встретил его довольно радушно и познакомил с остальными тремя членами будущего квада. Естественно, начались распросы - почему Игорь в мокрой одежде. Пришлось рассказать о своих злоключениях, над чем вся компания смеялась до слез. В довесок Игорю был дан совет - если поход не задался с самого начала, лучше вернуться домой и пойти в следующий раз. Ему одолжили сухую одежду, великоватую, но все же. А свои вещи он развесил сушиться в бывшем хлеву.

Наконец, к часу дня все собрались и выдвинулись вдоль кромки Темного Леса. Местность была холмистая, с редкими деревьями и множеством кустиков. Вскоре дошли до неглубокого, но протяженного оврага. Митяй, как командир, двинулся по верху оврага, а весь остальной отряд шел по низу. У одного из членов квада имелся детектор аномалий, что позволяло обходиться без камешков. Идущий по верху Митяй "прокидывал" себе дорогу кусочками проволоки, взятой, по всей видимости, с того самого злополучного участка периметра. Свои обязанности Игорь представлял слабо и просто шел вслед за другими, замыкая квад и внимательно поглядывая по сторонам. Купленный у Митяя за двадцатку долларов обрез приятно оттягивал руку. Так они шли по краю Темного Леса уже около часа, и Игорек уже было собирался спросить, к чему, собственно, в конечном итоге должно привести такое хождение, но тут из Темного Леса вышел какой-то человек. Митяй окликнул его, жестом велев остальным замереть. Незнакомец не видел остальных участников группы, идущих по дну оврага, а только Митяя, который шел сверху, и поэтому без боязни стал приближаться. В руках он однако держал укороченный автомат Калашникова, направив его на Митяя. Митяй же, напротив, опустил оружие, а затем и вовсе закинул автомат за спину, и двинувшись навстречу незнакомцу, скрылся из поля зрения остального квада. Ребята, видимо, и без Митяя знали, что им делать дальше. Шедший впереди обернулся и, прижав палец к губам, жестом приказал всем остальным двигаться за ним. Четверка, стараясь не шуметь, потянулась вдоль оврага, обходя по дуге предполагаемую точку встречи Митяя с незнакомцем. Затем передний из квада отдал беззвучную команду подниматься со дна оврага вверх, и Игорь стал медленно карабкаться по склону, цепляясь за редкую траву. Поднявшись наверх, Игорек обнаружил, что, благодаря маневру, квад теперь оказался за спиной незнакомца. Тот стоял, ничего не подозревая, спиной к ним и разговаривал с Митяем. Одет он был в странный зеленый комбинезон с капюшоном и армейские ботинки, на спине висел прямоугольный жесткостенный рюкзак, по бокам которого были приторочены небольшие баллоны, похожие на автобусные огнетушители, но желтого цвета. От баллонов тянулись два гофрированных противогазных шланга, объединяющихся под маской, напоминавшей респиратор. Комбинезон во многих местах был порван и вид имел грязный и весьма потрепанный. Судя по амуниции, незнакомец был сталкером, и сталкером опытным, настоящим, прожженным пилигримом Зоны.

- Значит, делиться ты не желаешь? - задумчиво спрашивал Митяй.

- С чего вдруг? - хрипло отвечал человек. Чувствовалось, что он проделал большой путь и смертельно устал.

- Ну-у-у-у, - протянул Митяй, - например с того, что тебе в спину четыре ствола смотрят.

Незнакомец резко обернулся и замер, чувствовалось, как напряглось его тело, а тень отчаяния отразилась на лице. Все члены квада, кроме Игорька направили на незнакомца оружие. Не понимая, что происходит, Игорь вошел в ступор.

- Ублюдки, - прошептал незнакомец, поворачиваясь обратно лицом к Митяю. Тот уже успел достать пистолет и черный зрачок дула уставился на сталкера.

- Клади автомат-то, - рисуясь говорил Митяй, - не задерживай народ. У нас еще дел много.

Сталкер медленно опустил оружие на землю, пододвинул ногой к Митяю.

- А теперь рюкзачок снимай.

Незнакомец взялся за лямки рюкзака, наклонился, поворачиваясь боком, словно собираясь сбросить рюкзак на землю, и вдруг резко бросился на Митяя, в воздухе мелькнула сталь. Митяй нажал на спусковой крючок, раздался сухой щелчок пистолетного выстрела и оба, и Митяй и незнакомец, покатились по земле. Чертыхаясь Митяй вскочил на ноги, располосованная на груди кофта набухала кровью. Сталкер лежал на земле, не шевелясь, спиной кверху, на его боку медленно, словно нехотя, расплывалось кровавое пятно.

- Вот, урод! - выругался Митяй, пнув бесчувственное тело незнакомца, - надо было сразу его кончать.

Он стянул с себя куртку и кофту, достал из вещмешка аптечку и занялся своей раной. На груди Митяя красовался широкий, сантиметров в двадцать, сочащийся кровью порез.

- Что вы стоите, как бараны? - раздраженно бросил он остальным, - рюкзак с этого урода снимайте. И оружие подберите.

До Игоря только сейчас начал доходить смысл происходящего. Ему "посчастливилось" вступить в банду мародеров, обычно именуемых в среде сталкеров "отморозками", "бандитами" и "шакалами". Промышляла эта братия тем, что грабила и убивала сталкеров-одиночек, нападала с целью раздобыть вооружение и амуницию на военные патрули и обирала невооруженные экспедиции. От осознания своей ошибки Игорь впал в состояние грогги. Словно во сне, вместе с остальными, он пошел выполнять распоряжение Митяя. С трупа сталкера стащили рюкзак, а тело перевернули на спину. Кармашки комбинезона были набиты всякой мелочевкой. Игорь, все еще в шоке, стоял над трупом, когда его внимание привлек блеск металла в траве. Нагнувшись, он увидел, что это поблескивает нож сталкера. Признаться, такого оружия Игорю видеть никогда не доводилось. Это был плоский кусок стали, более всего напоминавший деталь механических часов, нежели какое-нибудь оружие. Причудливой формы плоская рукоятка, без намека на отделку другими материалами, имела три отверстия разного диаметра и заканчивалась коротким треугольным лезвием, больше напоминавшим зуб, а не клинок. При этом одна режущая кромка была вдвое короче другой. Это больше походило на оружие самообороны, а не убийства, но и им можно было нанести серьезные повреждения. Игорь повертел нож в руках, огляделся, не наблюдает ли за ним кто, и опустил находку в карман штанов. Между тем, мародеры закончили потрошить рюкзак. Из рюкзака извлекли плед, несколько аптечек с морфием и антирадом, консервы, две двухлитровые бутылки воды, две коробки пистолетных патронов, гранату и, наконец, какое-то странное устройство, напоминавшее спираль электроплиты с прикрепленным к ней вольтметром. В этот момент, сталкер, оказавшийся еще живым, открыл глаза. Увидев устройство он захрипел и протянул к нему руку, силясь подняться. Митяй, закончивший штопать свою шкуру, встал, подошел к раненому и наступил ногой на его руку.

- Так ты еще не сдох? - сказал он, доставая пистолет, - это что еще за хрень?

Бандит взял непонятное устройство и поднес его к лицу сталкера.

- Ну! Говори! - он сильнее надавил ногой на ладонь сталкера. Раненый помотал головой и закрыл глаза.

- Не скажешь? Хрен с тобой, - буркнул Митяй и, достав пистолет, добил сталкера выстрелом в голову.

Игорек побледнел, силясь побороть внезапный приступ тошноты, и поклялся свалить при первой же возможности.

Упаковав обратно рюкзак покойного, банда собралась и вновь двинулась вдоль карьера. Убитого сталкера бросили в кустах. Так, в движении прошла четверть часа, в течение которой Игорь мучительно старался придумать предлог, под которым бы ему удалось сбежать. В конце концов, в голову пришла простая мысль.

- Постойте, ребята, - взмолился Игорек, - мне до ветру надо.

- Что, водички несвежей из ручья наглотался что ли? - спросил Митяй, с подозрением глядя на Игоря, - ну иди уже, да побыстрее. Догонишь нас.

Митяй забрал у Игоря рюкзак убитого сталкера, который ему поручили нести как новичку, и Игорек, притворно схватившись за живот, побежал к кустикам, видневшимся неподалеку, а четверка "отморозков" двинулась дальше. Забежав в кусты, Игорь остановился и стал ждать, когда мародеры отойдут подальше. Он услышал слабый шорох за спиной, но обернуться уже не успел, и, получив сильный удар по затылку, потерял сознание. Очнулся Игорь уже под покровом Темного Леса, во рту он ощущал противный привкус от грязной тряпки, которую похититель использовал в качестве кляпа. Угрожая пистолетом, его вынудили идти вглубь леса. Признаться, поначалу Игорек думал, что его отводят подальше, чтобы пристрелить. Однако спустя километр пути, похитивший его человек вытащил кляп изо рта Игоря и приказал двигаться дальше. Рассудив, что, по крайней мере, сейчас его не собираются убивать, Игорь попытался сначала угрозами добиться своего освобождения. Но в результате получил приказ заткнуться, подкрепленный ударом рукояти пистолета по спине. Тогда, наплевав на сохранение инкогнито, он хотел признаться, что на самом деле не бандит и не мародер вовсе, а журналист, находящийся в ответственной командировке. Однако добился лишь повторения приказа, сдобренного более сильным ударом. Опасаясь дальнейших побоев, он дал привязать себя к дереву, и серьезно забеспокоился, когда на Темный Лес стали опускаться сумерки.

А дальше ему пришлось пережить один из самых жутких кошмаров в своей жизни...

Позавтракав яичницей с колбасой и сыром, Игорек еще раз попрощался с Папой Карло, закинул рюкзак за плечи и отправился в село Городчан, где было расположено ближайшее КПП на границе Украины и Белоруссии. Путь домой был достаточно долог и непрост. До Городчан предстояло пройти по забытой всеми грунтовке пять километров, затем пересечь границу и идти вдоль железной дороги еще километров десять до Колыбани. Поезда по этому участку уже давно не ходили, но от Колыбани до Неданчичей, делая крюк километров в тридцать, ходил рейсовый автобус. От Неданчичей и до Чернигова уже можно было добраться на электричке, а в Чернигове сесть на поезд до родного Минска. Одним словом, путешествие требовало мужества и терпения и проще всего такой путь давался на личном автотранспорте, но Игорь пока не обзавелся своим автомобилем. Торопясь успеть на автобус в Колыбани, который отходил в 16 часов, он за сорок минут преодолел путь до Городчан и тут выяснилось, что покинуть пределы зоны отчуждения он не может. Подав в окошко КПП документы, Игорек приготовился ждать обязательной проверки, но офицер, проверяющий разрешения и регистрирующий в журнале всех прошедших проверку, почти сразу их вернул.

- В чем дело? - удивился Игорь.

- Я не могу вас пропустить, - сказал офицер, - у меня приказ.

- Но почему? - возмутился журналист, - вот мое удостоверение, вот разрешение, выданное вашим комендантом.

- Не могу. Объявлен карантин. Приказано никого не выпускать за пределы зоны отчуждения.

- Но я журналист, - продолжал негодовать Игорек, которому вовсе не улыбалось задерживаться в Зоне, - меня ждут в Минске, у меня материалы, меня редактор убьет.

- Я же вам говорю, - терпеливо повторил офицер, - у меня приказ никого не выпускать.

- И как долго продлится карантин? День? Два? Неделю?

- Мне не докладывают, - пожал плечами офицер, - приходите завтра. До завтра я смогу уточнить на какой срок введен карантин.

- А коменданта я могу видеть?

- Его сейчас нет, он в отъезде по особому распоряжению. Я же вам говорю, приходите завтра, - офицер опустил взгляд в газету, которую он читал до появления на КПП Игоря, давая понять, что разговор окончен.

Забрав документы и злобно пнув напоследок входную дверь, Игорек вышел на улицу. По всему выходило так, что в Зоне ему еще придется задержаться. Светило яркое солнце, из солдатской столовой доносились вкусные запахи разогретых консервов "перловка с мясом", на БТР, стоявшем неподалеку от склада, разместились полулежа двое старослужащих и лениво курили, поглядывая на дорогу и мечтая о дембеле. На ясном небе не было и намека на облачко, и стояла не по-ноябрьски теплая погода. Но душу журналиста неприятно холодило ощущение ловушки, в которой он оказался.




30.05.2013, 13:56:04


Отзывов пока нет
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Обновления в прозе

Исповедь Зверя

Сергей Шакурин

Обет Меченого

Дмитрий Луценко

Конечная

Роман Приходько

Прощание

Сергей Бабинец

Она

Антон Саженцев

Грёзы

Александр Кузьмин

Шанс

Александр Филлипов

Прикосновение

Роман Приходько

Серафима

Алексей Холявко

Тим

Андрей Затонов

Обновления в поэзии

Лилит

Александр Тихонов

Счастье даром

Александр Тихонов

Кровавая полночь Земли

Александр Тихонов

Грезы

Тронин Александр

Друг

Сергей Шакурин

Покинутый город

Сергей Большаков

Ошибка интернетного знакомства

Владимир Андрейченко

Двор детства

Владимир Андрейченко

Прощен

Сергей Большаков

Обновления в аудиокнигах

Исповедь сталкера

Дмитрий Кликман

Чужаки

Александр Тихонов

Капитаны

Николай Кулишов и Александр Тихонов

Отчужденные

Сборник

Убить Стрелка

Дамир Рябов

Агония совести

Александр Тихонов

По прозвищу Стрелка

Сергей Пирог

Исповедь Зверя

Александр Тихонов

Четыре жизни

Шалимов, Виноградов, Тихонов, ДЭМ, Лузгин

Поиск
Категории раздела
Проза [211]
Поэзия [78]
Реклама Статистика
Яндекс цитирования
Copyright © автор идеи: OgneV; дизайн: Plotnick (2009-2017); Сайт управляется системой uCoz